Да и пахлавы, испеченной руками свекрови, хочется отведать.

– Какой тут воздух? Эти беременные вон… курят за деревьями. Кошмар просто! – возмущается дядя Коля. Вас домой? А ты как добрался, сынок?

– На такси, – хмуро отвечает Роберт.

– Поедем к нам. Гаяна соскучилась. Поболтаем, чаю попьем. Потом я вас домой отвезу.

Мой любимый до сих пор комплексует по поводу своей временной нетрудоспособности. Мужественно терпит боль и некоторые лишения, связанные с аварией. И очень напоминает мне папу в молодости…

Отчего-то сейчас, когда я жду второго малыша, воспоминания об отце отдаются в сердце жгучей болью. Я так с ним нормально и не попрощалась… Виляла хвостом перед Крестовским, ходила на свидания, скрывала свои проблемы от Роберта, не удосужившись узнать у папы истинного положения вещей. Так уж серьезно он тогда влип? Откуда взялись в уголовном деле липовые улики, добавившие отцу срок? Теперь-то я понимаю, откуда… Но тогда я принимала ложные обвинения за чистую монету. Злилась на папу и отдалялась от него… Отец казался мне предателем и обманщиком. Я жалела, что связалась с Крестом, ведь папа был недостоин моей помощи…

А когда я узнала, что ношу под сердцем малыша, перестала писать папе… Это ведь из-за него я лишилась Роберта? Сейчас же я испытываю жгучую вину…

Выходит, меня можно так легко обвести вокруг пальца? Выставить близкого мне человека мерзавцем и заставить поверить ложным сведениям? А я еще обижалась на Роберта… Я совсем не лучше него.

– Зойка, ну чего ты? – голос Роба вырывает из задумчивости. – Дома я помогу тебе расслабиться, обещаю.

– А как же твоя спина?

– Я справлюсь, Заяц. Или ты меня уже со счетов списала. Чего ты загрустила?"

"Мимо проносятся скверы, магазины и палатки торговцев. Надувные круги, резиновая обувь, купальники – кажется, в нашем городке такие товары имеют круглогодичный спрос. А я думаю о море в период грусти… Отдаю ему свою боль, окунаюсь в волны и шепчу: «Здравствуй, море… Мне сейчас так плохо, подержи меня на своих волнах… Покачай».

– Ну, Зойка.

– Роб, мне так грустно, я хочу на море.

– Так пойдем. Сейчас? А как же купальник? Хотя можно купить в лавочке. Зой, я должен тебе еще кое-что сказать, – мнется Роб, поглядывая на дядю Колю. Тот чертыхается, пропуская на повороте наглого таксиста.

– Давай. Добавь мне грусти.

– Ресторан закрыли. Я две недели отбивался от инспекций, но так и не смог ничего сделать. Мы… Я остался без работы, Зой. Клиентов нет, а на моих плечах куча штрафов.

– Господи, разве они не делают предписаний? Сразу штраф? Так бывает или это…

– Я думаю, постарался любовник Киры. Он влиятельный человек в правительстве, один его звонок, и меня закроют навсегда.