Фед сглатывает. Трет бровь. Дергает головой.

– Послушай, я не представляю, что тебе известно…

– Все. И, знаешь, в этом большое мое перед тобой преимущество.

– Ладно... Я… Пусть. Ты, наверное, и впрямь так думаешь. Но, клянусь, все не так, как кажется.

Федор затравленно озирается. И правда в том, что я даже не могу на него злиться. Хотела бы, но не могу. Я же знаю, каким богам он молится… Я все-все про него знаю.

– Вот уж сто процентов. Не так… Посмотри.

– Что это? – его голубой взгляд мечется от папки на столе к моим глазам. Что ты в них пытаешься разглядеть, мальчик? Понимаешь ли ты хоть что-нибудь? Верный мальчик. Упрямый мальчик…

– То, что ты ищешь. Ну же, открывай.

– Это ее реципиенты? – он задыхается.

– Угу. И как видишь, этой… твоей в нем нет. Просто хочу, чтобы ты знал. И был осторожней на будущее.

– Постой! Ты куда? – хватает меня за руку. – Какой такой, к черту, моей?!

– Той, которую ты ждешь. Эта барышня врет.

– Почему врет? Она же тоже наверняка не знает…

О, Фед. Святая ты простота.

– Она знает, когда ей позвонили. И не может не понимать, что к тому моменту сердце Лизы уже бы отбраковали. Надеюсь, у тебя больше нет вопросов?

– Зачем ей было врать? Это же…

– Бесчеловечно? – подсказываю я. – Ну, знаешь, иногда так случается. Люди делают больно другим…

– Дина… Я… – в глазах Феда сквозит отчаяние. – Ты подумала, что у меня что-то есть с этой…

– У тебя на аватаре фото, сделанное в самолете. Ты весь с ног до головы в Жакмюс…

– В Жак… ком?"

"– Да неважно. Девочка ж из деревни, ей красивой жизни хочется. А тут ты… Весь такой в страданиях. Легкая добыча… Если знать, под каким соусом все подать. А она знала. Ты сам подсказал рецепт.

– У меня с ней ничего не было! Ты что, не слышишь?! И даже мыслей таких... Как только тебе это в голову пришло?

– Ну, да… Как? – кривлю губы. – Знаешь, сейчас ты должен сказать, что все это время любил только меня. Для большей убедительности.

Отчаяние на лице Феда трансформируется в… я бы сказала, в ужас.

– Но так и есть, – шепчет он. И мое сердце вываливается из груди, отскакивает от колен и шмякается под стол бесполезным куском мяса.

– Хорошая попытка. Я могла бы поверить. Но знаешь, в последнее время я столько себе врала… – качаю головой, удивляясь сама себе, останавливаюсь взглядом на его руке, продолжающей с силой сжимать мое тонкое запястье. – Отпусти меня.

– Нет! Пока ты мне не объяснишь, какого черта себе придумала?!

– А. Ну, это несложно. Хочешь знать? Пожалуйста! Я думаю, ты до того спятил, что ищешь Лизу в других. Во мне. В этой ушлой девице. Но я не стану притворяться тем, кем не являюсь, даже ради твоей любви.