Жуткие последствия приема наркотических средств, которыми его пичкал Оскар, истощение, практически все органы были в ужасном состоянии. Врачи не давали прогнозов, а он справился! Через месяц его перевели в обычную палату, а еще через две с половиной недели выписали домой. С недостатком веса, нуждающегося в длительной реабилитации. За эти полтора месяца нахождения дома, он сделал огромные шаги на пути к выздоровлению! Брат с каждым днем все больше походил на себя прежнего. Возвращался к работе и делам, разгребал потихоньку все проблемы, на которые обрек фирму Рома.

О происходящем за эти полгода у Оскара, со мной Глеб не говорит. Да и беседовал он об этом всего однажды, со следователем. Как я поняла из рассказа полицейского, Оскару нужен был код, который служил подписью Глеба. С этим кодом Оскар получил бы основной пакет акций Глеба, и доступ к многомиллионным счетам. И даже если бы он убил Глеба, я бы не смогла иметь к этому всему доступ без нужных цифр.

Мне хотелось поговорить с братом обо всем случившемся, но я понимала, что ему больно, и не хотела мучить его. Возможно, когда—нибудь, он захочет поговорить, и мы вместе откроемся друг другу. Но не сегодня…

Я спустилась по ступенькам и замерла, едва не открыв от удивления рот. В зале играл тяжелый рок, а Глеб качал штангу. Я прошла к нему. И только когда он закончил упражнение, поднял глаза и увидел меня.

– Привет, мелкая, – улыбнулся, вытирая полотенцем пот со лба. Глеб все еще не набрал прежнюю массу, но даже сейчас он выглядел прекрасно. Брат притянул к себе и поцеловал в щеку.

– Ты не слишком спешишь?

Я волновалась о нем. Знаю, что веду себя как наседка, просто переживаю, чтобы его нагрузки не пошли во вред.

– Черт, я во времени потерялся. Разбирались с Мишей с бумагами по строительству, а потом потренироваться решил. Я быстро, душ приму и выйду.

– Мы ждем тебя с Лукой.

Когда я поднимаюсь и выхожу во двор, Лука стоит облокотившись о капот, курит. Он поворачивается на звук и его голубые глаза скользят по моей фигуре.

– Чего замерла? Давай скорей, – он поднимает руку, и я бегу к нему. Пару секунд, и я прижата к его крепкому, горячему телу. Руки Луки обивают мою талию, он поднимает меня и целует. И ровно в этот момент я улетаю.

– Ну че, не передумали? – спрашивает Варламов, когда ставит обратно на землю. Я улыбаюсь и качаю головой.

– Он уже штангу от груди жмет!

В глазах Луки вспыхивает уважение.

– Твой брат – четкий пацан.

– Неужели это говоришь ты, Лука? Я не ослышалась? С твоих уст, про моего брата такие слова…"

"Он смеется.

– Я ведь про Глеба, мы точно про него?

Я закатываю глаза, пытаясь отойти, а он к себе резко притягивает, упираясь в мою спину. Его ладони на моей груди, он слегка сжимает, утыкаясь носом мне в шею.

– Я голодный, Ослик.