– Старлей, у нас тут странные события происходят, которые заставляют нас с тобой поторопиться и мозгами пошевелить. Я чувствую, что это связано с нашим делом и с нападением на тебя на дороге. Короче говоря, около часа назад было совершено нападение на морг судебно-медицинской экспертизы. Мы бы вообще не знали, чем это вызвано, если бы не один из санитаров, которого ударили ножом и посчитали убитым. Врача-патологоанатома, который производил вскрытие какого-то неопознанного тела, доставленного в морг ночью, просто застрелили. Застрелили и второго санитара, и пожилую санитарку, что присутствовали в кабинете.

Автоматными очередями, не стесняясь стрельбы в городе. А одного из санитаров ударили ножом в живот. Он сразу упал, потерял сознание, но быстро пришел в себя и сумел увидеть, что стало причиной нападения. Нападавшие, все в черной униформе, в масках, не интересовались телом, которое патологоанатом вскрывал. Кабинет врача находится в одном помещении с холодильником морга. Их разделяет только фанерная, обитая фольгой перегородка и дверь. Нападавшие вошли в холодильник, там намеренно сбросили со столов несколько трупов, быстро нашли тело без головы. Раненый слышал, что они искали именно тело без головы. Во всем холодильнике было только одно такое тело. Сам знаешь чье. Потом в холодильнике несколько раз сработала вспышка фотокамеры. Что-то фотографировали. Я подозреваю, что снимали татуировку эмира Абумуслима Манапова. Не отрубленную же голову им снимать…

– Возможно… – согласился я. – А человека со второй татуировкой в морг еще не доставили?

– Пока не доставили. Следственная бригада Следственного комитета работает на месте. Нам только позвонил наш человек из морга.

И мы подъехали. Так вот, раненному ножом санитару показалось, что, когда нападавшие вышли из кабинета, в коридоре они разговаривали с другим патологоанатомом того же морга, пожилым человеком, который, видимо, и принял у тебя тело. По крайней мере, голос был похож. Сам момент разговора свидетель не видел и, о чем говорили, не разобрал. Ему сейчас сделали полостную операцию, говорят, сложную, поскольку произошло внутриполостное сильное кровоизлияние. Свидетеля отправили в реанимацию. Состояние тяжелое, врачи не дают гарантию, что он выживет. У палаты поставили охрану из нашего спецназа. Мне лично с раненым поговорить не удалось, но мой коллега успел задать несколько вопросов прямо там, в морге, во время допроса следователем Следственного комитета, еще до прибытия «Скорой помощи». Основные данные о нападении – у Следственного комитета, в том числе и подписанные протоколы. Нам протоколы не передают и вообще до расследования не допускают. Непонятные препоны ставятся. В этом чувствуется чья-то направленная воля.