От прежней чувственности и неторопливости не осталось ни следа. Он терзает мои губы, жадно проникая в мой рот. Запах его кожи, вкус губ, атмосфера ночи и разврата, умелые пальцы, которые уже забираются под тонкую ткань моих трусиков — лучший коктейль, который я никогда полностью не распробую. С каждым разом я становлюсь одержимой его присутствием, с каждой близостью открываешь для себя что-то новое и неизвестное.

Внезапно его рука сжимает мое горло, начинает давить на гортань, перекрывая кислород. Я вонзаюсь взглядом в его лицо, он пододвигается ближе и шепчет на ухо:

— Довольно нежностей, Адель. Пора тебе узнать меня настоящего, — когда дыхание около моего уха прерывается, а давление на шее увеличивается, Тимур прикусывает мою щеку.

Кожу в месте укуса начинает жечь от прикосновения зубов и покалывать от уколов щетины. Между ног моментально становится влажно, и я предпринимаю попытку скрестить ноги. Из моих уст вырывается непроизвольный стон, когда Тимур встает, придерживая меня под ягодицами только одной рукой.

Кидает меня на рядом стоящую кровать так резко, что я подпрыгиваю от неожиданности. Сильные руки быстро разводят мои колени, и его тело оказывается между моих ног. Я сглатываю образовавшийся ком, когда он начинает расстегивать пуговицы своей рубашки.

— Любишь грубость, Адель?

Я задерживаю дыхание и смотрю, как Тимур расправляет края белой рубашки. Теперь они свободно свисают, открывая мне вид на любимую татуировку и оголенный торс с небольшой порослью волос.

— Придется полюбить, потому что я привык трахаться жестко, и я слишком долго себя сдерживал.

Низ моего живота сводит спазмом, очень похожим на точку наибольшего накала в конце. Меня пробирают мурашки, и желание поскорее почувствовать его мужскую мощь увеличивается с каждой секундой. Поразительно, как быстро я становлюсь такой податливой и покорной.

Ладони Тимура обхватывают мои щиколотки и притягивают к себе, от чего я опускаюсь с локтей на спину. Он наклоняется ближе к моему телу, целует живот, задирая вверх футболку. Я подцепляю край белой футболки и снимаю ее через голову, отбрасывая куда-то в сторону. На мою оголенную грудь сразу же опускаются его губы, обжигая страстным прерывистым дыханием кожу. Тимур целует мою грудь, слега прикусывает зубами, от чего эти места выстреливает мощным импульсом, и я прогибаюсь в спине. Мои руки блуждают по его шее и спине, пытаясь отыскать точку опоры. Меня лихорадит и внутри все колышется от переполняемых чувств и эмоций.

Желание подробно разглядеть его татуировки становится больше, когда я вижу, как под кожей сокращаются его напряженные мышцы. Тимур выпрямляется, и я заглядываю в его темные глаза, в них бушует шторм, который в скором времени унесет нас обоих с головой.