Ты вбил себе в голову, что Гастингс убил Фиону, и все свое время тратишь, пытаясь это доказать. В конце концов, это опасно! Если бы тебя поймали, пока ты обыскивал дом…

– Я нашел ожерелье Фионы, – перебил его сын.

– Ах, черт возьми! Где?

– В сейфе Гастингса.

Некоторое время Маркус молчал, потом все же спросил:

– Ты уверен, что это ожерелье Ризби?

– Да. Думаю, он снял его с Фионы, после того как убил.

– Получается, что ты был прав в своих подозрениях. – Отец с тревогой смотрел на Энтони.

– Похоже на то.

– Но это просто не имеет смысла! К чему Гастингсу было убивать девушку? Не думаешь же ты… – Он бросил быстрый взгляд на Энтони.

 – Не думаешь же ты, что он соблазнил ее и это была ссора на почве страсти?

– Нет."

"– Ты так уверенно это говоришь. Я знаю, как ты был привязан к Фионе, Тони. Мы все ее любили. Но не позволяй былому чувству ослепить тебя и лишить возможности увидеть правду.

– У Фионы не было связи с Гастингсом.

Маркуса такой ответ явно не убедил, но он кивнул и не стал больше развивать эту тему.

– Хорошо. Но тогда каков мотив преступления? Из-за чего Гастингсу убивать ни в чем не повинную девушку?

– Не знаю.

Но я это выясню.

– Тони, прошу тебя, оставь это расследование. Слишком много времени прошло, и все равно ты не сможешь ничего доказать.

Энтони подошел к одному из верстаков и коснулся рукой инструментов, аккуратно разложенных на дереве.

– В течение последних двух лет Гастингс шантажом вымогал деньги у нескольких престарелых богатых леди.

– Ты не шутишь? Так Гастингс шантажист?

– Я нашел доказательства этого в его сейфе, там же, где он хранил ожерелье. К сожалению, с точки зрения официального следствия эти бумаги бесполезны, так же как и ожерелье, так как никто из жертв шантажа не захочет открыто признать, что подвергался вымогательству, а потому до суда дело не дойдет… Я верну бумаги пострадавшим, устрою все анонимно, чтобы никому не причинять лишних страданий.

Кстати, они, скорее всего, никак не связывали Гастингса с тем негодяем, что забирал у них деньги.

– Какая низость! – Маркус скривился от отвращения. – Да, ты прав, мой мальчик: Элвин Гастингс негодяй, каких мало. Но, если ни одно доказательство не годится для суда, на что же ты надеешься?

– Все в свое время, – отозвался Энтони.

 – Сейчас моя задача – узнать, почему он убил Фиону. Этот вопрос сводит меня с ума, и я не успокоюсь, пока не найду ответ.

– И как же ты собираешься действовать?

– Я уверен, что между Гастингсом и Фионой не было интимной связи. Тогда остается единственно возможное объяснение: Фиона что-то узнала о делишках Гастингса. Вероятно, обнаружила, что он промышляет шантажом.

– И он убил ее, чтобы сохранить свою тайну?

– Согласись, это мотив.

– Может быть.