Ничуть не пострадав при падении, она тут же вскочила и, оглядевшись, заметила на буфете блюдо с печеньем.

– Бесплатное?

– Конечно, малышка, – сказал Хирон. – Если хочешь, принеси чаю.

В результате она осталась с нами и, перекинув ноги через подлокотник кресла, захрумкала печенюшками, бросая кусочки в посапывающую голову Сеймура, когда Хирон этого не видел.

Кентавр налил мне чашку «дарджилинга».

– Жаль, мистера Ди здесь нет.

– Мистера Ди? – спросила Мэг.

– Диониса, – пояснил я. – Бог вина. И директор лагеря.

Хирон передал мне чашку.

– После битвы с Геей я думал, что мистер Ди вернется в лагерь, но он не возвратился.

Надеюсь, у него все хорошо.

Старый кентавр выжидающе посмотрел на меня, но мне поделиться было нечем. Последние шесть месяцев заполняла сплошная пустота; чем занимаются другие олимпийцы, об этом я не имел ни малейшего представления. В чем и признался.

– Я ничего не знаю. – За последние четыре тысячелетия произносить такие слова мне случалось нечасто. И вкус от них остался нехороший. Я отпил чаю, но и он был не слаще. – Немножко отстал по части новостей. Надеялся, ты меня просветишь.

Если Хирон и попытался скрыть разочарование, получилось у него плохо.

– Ясно…

Похоже, он рассчитывал на помощь и совет, но того же ждал от него я сам. Будучи богом, я привык к тому, что низшие существа полагаются на меня – просят этого, умоляют о том. Но теперь я был обычным смертным, и привычное немного пугало.

– Так что же случилось? Вид у тебя не лучше, чем у Кассандры в Трое или у Джима Боуи при Аламо. Ты как будто держишь осаду.

Оспаривать сравнение Хирон не стал.

– Как ты знаешь, во время войны с Геей Дельфийский оракул перестал получать пророчества.

Фактически все известные методы предсказания будущего внезапно дали сбой.

– Из-за того, что исходная Дельфийская пещера была захвачена, – вздохнул я.

Мэг бросила кусочек шоколада в нос Сеймуру.

– Дельфийский оракул. Перси тоже про него говорил.

Кентавр встрепенулся.

– Так Перси был с вами?

– Недолго. – Я рассказал о нашем сражении в персиковом саду и возвращении Перси Джексона в Нью-Йорк. – Обещал приехать на уик-энд, если будет такая возможность.

Хирон, услышав новость, приуныл, как будто моей компании ему было недостаточно. Представляете?

– Так или иначе, – продолжал он, – мы надеялись, что с окончанием войны Оракул вернется к своей обычной работе.

Когда этого не произошло… В общем, Рейчел забеспокоилась.

– Кто такая Рейчел? – тут же поинтересовалась Мэг.

– Рейчел Дэр, – ответил я. – Оракул.

– А я думала, оракул – это такое место.

– Так оно и есть.

– Тогда получается, что Рейчел – место, и она перестала работать?

Будь я богом, превратил бы девчонку в синебрюхую ящерицу и выпустил в какое-нибудь дикое место, чтобы и не видеть больше.