– И как это будет?

Врожденная уравновешенность, как всегда, позволила мне сосредоточиться на самом важном.

– Для начала было бы неплохо, если бы ты помешал Колоссу растоптать лагерный очаг. Мне надо несколько минут, чтобы заговорить эту вот стрелу. – Я по ошибке поднял говорящую, но тут же исправился.

– Ну конечно, – вздохнул Перси.

Миссис О’Лири тревожно залаяла. Колосс как раз поднял ногу…

Перси ухватился за один из символизировавших солнечные лучи шипов и, срезав его у основания, ткнул Колосса в лоб. Сомневаюсь, что великан ощутил боль, но выросший вдруг рог, наверно, его удивил.

Перси между тем срезал второй шип.

– Эй, урод! Тебе же ни к чему все эти колючки, а? Отнесу парочку на берег. Миссис О’Лири, лови! – Он метнул шип, как копье.

Адская гончая радостно залаяла, спрыгнула с головы статуи, исчезла на мгновение в тени, а потом снова возникла – уже на земле – и помчалась за своей новой бронзовой палкой.

Перси взглянул на меня.

– Ну как? Начинай свое заклинание!

Он спрыгнул с головы на плечо, с плеча на древко руля и соскользнул по нему, как по пожарному шесту, на землю. В своем обычном божественном состоянии я, разумеется, проделал бы такой трюк с закрытыми глазами, но, должен признать, у Перси Джексона получилось довольно впечатляюще.

– Эй, Бронзовая Задница! – снова крикнул он. – Ну давай, поймай меня!

Поддавшись на уловку, Колосс медленно повернулся и последовал за Перси к берегу.

Я же приступил к заклятию, призвав, как бог чумы, свои прежние силы. На этот раз – уж не знаю, почему – слова пришли сами собой. Может быть, прибытие Перси Джексона придало веру. Может быть, я просто не уделял делу должного внимания. Думать и делать одновременно не получается, одно мешает другому.

Это один из тех уроков, которые боги усваивают в самом начале карьеры.

Зудящее ощущение хвори перешло с моих пальцев на стрелу. Я говорил о жутких хворях, которые насылал на людей в прошлом. Я чувствовал, как крепнет магия, несмотря на то что Стрела Додоны продолжала занудливо нашептывать: ГОВОРИ: ЧУМКА, ЧУМКА, ЧУМКА!

Между тем внизу полубоги подтягивались к берегу. Пробегая перед Колоссом, они глумились над ним, бросали в него камни, обзывали Бронзовой Задницей и высмеивали его новый рог. Повод для шуток давал и стекающий по его лицу ручеек.

Вообще-то я терпеть не могу задир, особенно когда их жертвой становится кто-то похожий на меня, но, поскольку Колосс был высотой с десятиэтажный дом и разрушал лагерь, грубость в данном случае представлялась оправданной."

"Я закончил. Неприятный зеленый туман окутал стрелу, от которой исходил теперь запах чего-то подгоревшего, какой бывает в заведениях фастфуда. Это был хороший знак, указывавший на присутствие некоего страшного недуга.

– Готово! – сказал я Остину.