Что сказать, выглядела я не очень: некогда белая сорочка теперь была в темных разводах, юбка вовсе заляпана грязью до колен. Нечесаные волосы свисали сальными прядями. Лицо наверняка в саже — накануне вечером я грелась у костра.

Меня усадили на табурет перед столом Главы. Но прежде чем он начал допрос, я обратилась к Хастаду:

— Дайре в порядке?

Мужчины опешили. Ведьмы после суток в эргастуле становились кроткими и покорными как ягнята, но я слишком переживала за девочку. На фоне этого даже боль, раздирающая лопатку, отступала.

Хастад не ответил, он лишь коротко кивнул. Но мне и этого хватило, чтобы вздохнуть с облегчением. Дайре в безопасности — уже кое-что. Не могу представить девочку в подобном месте. Она и недели здесь не протянет. А мне, может, удастся сбежать. Гибель в эргастуле в мои планы не входила.

— Я вижу, что метка снова мучает тебя. Действие эликсира почти закончилось, — произнес Глава. — У меня есть кое-что для тебя.

Он выдвинул ящик стола и достал оттуда флягу. Именно в такие разливают эликсир. Увидев ее, я отчетливо поняла, почему охотники тянули с моим допросом ровно сутки. Ждали, когда эликсир перестанет действовать. В этом случае им даже пытать меня не надо. Я и так страдаю от их присутствия рядом.

Глава медленно отвинтил крышку фляги, взял прозрачный стакан и налил в него эликсир. После поставил стакан на край стола с моей стороны. Так близко и вместе с тем так далеко.

Я инстинктивно потянулась к эликсиру, но охраняющий меня охотник надавил мне на плечи, заставляя сидеть на месте. Висит груша, нельзя скушать — вспомнилась детская загадка.

— Сделай, что я велю, и я позволю тебе сделать глоток, — сказал Глава.

Я облизнула губы. Наверное, алкоголик испытывает такую жажду при виде спиртного, как я — при виде эликсира. Аж во рту пересохло. Но что мне толку от этого глотка? Он лишь отсрочит неизбежное. Через сутки боль все равно вернется.

— Что вам надо? — уточнила.

— Подпиши бумаги, — Глава говорил так, будто я уже сдалась. Даже бумаги и перо приготовил и подтолкнул ко мне. Но я его разочаровала.

— Что это? — спросила я, читая первые строчки.

Кажется, это документы на право владения. Меня вдруг осенило: отец Еленики поступил умно. Он оставил остров, как и обещал, Хастаду, но тот не мог получить его в собственность, пока я не поставлю подпись на документе. Отдав окончательное решение в мои руки, отец пытался меня защитить. Если с мужем возникнут проблемы, и я почувствую, что, едва получив остров, он от меня избавится, я могу тянуть бесконечно с передачей прав, таким образом, продлевая себе жизнь. А я-то гадала, зачем понадобилась охотникам.

— Надо же, — усмехнулась я. — Похоже, хваленым охотникам далеко не все по плечу. Закону и вы подчиняетесь.