Пожалуйста, покиньте помещение! Полицмейстер, Вы не могли бы выпроводить ее?"

"Со стороны гостей послышался приглушенный ропот, и почти половина приглашенных, подчиняясь просьбе, покинула комнату. Оставшиеся недоуменно внимали.

— Вемунд, они где-то закрыли госпожу Шпитце, — сказала ему Элизабет.

— Мы найдем ее, — ответил он. Но на большее не хватило времени. Вемунд покачал головой нерешительно приближавшемуся полицмейстеру.

— Она увидела их, стоящих на подмостках, — пролепетал он. — Лучше пусть как будет так будет. Не она здесь главный виновник, понимаете.

Лиллебрур растерянно наблюдал за происходившим. Он ничего не понял и даже не догадался распорядиться помочь своей матери, которой он слепо поклонялся.

Раздался душераздирающий крик Карин.

— Буби! Буби, нет, нет, нет!

Она кричала и кричала от бесконечного отчаяния и ужаса. Элизабет увидела слезы на глазах Вемунда. Она знала, что он больше всего опасался именно этого. Теперь ее рассудок прекратил существование навсегда — или она решила свести счеты с жизнью.

— Карин, — крикнула от безнадежности Элизабет. — Подумай о маленькой Софии Магдалене!

Но Карин уже ничего не слышала. Она, по-прежнему голося, рванулась к подмосткам. Эмили, как бы защищаясь, протянула руки. Мандрупу удалось стащить с подмостков Тарков, которые побежали к двери.

— Займись Карин, — крикнула Элизабет Вемунду и бросилась вдогонку.

«Теперь она в надежных руках», — подумала Элизабет, штурмуя за беглецами дверь. Когда дверь за ней закрылась, вуаль за что-то зацепилась и с треском порвалась. Даже не обернувшись, она побежала дальше. Ее единственной мыслью было не дать скрыться Эмили Тарк. Эта дама вызывала у Элизабет священную ненависть.

Они пробежали вверх по лестнице. Она гналась за ними по пятам, и, прежде чем они успели скрыться в комнате Эмили, она туда тоже вбежала.

— Что вы, звери, сделали с Карин? — спросила она. — Вы, Мандруп Свендсен, ее…

Она хотела произнести «ее Буби», но не успела. Эмили схватила свою пудреницу, и в следующее мгновение Элизабет утонула в невыносимом облаке, которое, как она знала, было для нее смертельно опасным.

В убийственной нехватке воздуха она различила, как отдаленное жужжание, голос Эмили:

— Быстрее, Мандруп! На то же место!

Кто-то поднял Элизабет на руки. Она, как сумасшедшая, боролась за то, чтобы перехватить хоть немного воздуха. И тут она потеряла сознание.

Внизу в гостиной метрдотелю удалось выпроводить основную массу гостей. Он разогнал также скопившуюся в дверях прислугу.

Вемунд и доктор Хансен тщетно пытались успокоить Карин. Она совершенно потеряла рассудок — не знала даже, кто она такая, размахивала руками и кричала, что сожжет Буде, это скопище греха.