— Если я привезу рыжеволосую и зеленоглазую жену с белой кожей, тоненькую, как юное деревце, и в самом расцвете лет, они будут очень рады.

— Неужели я вам действительно так нравлюсь?

— Действительно. Мне и самому страшно, — улыбнулся Хеллгус.

— Я не доверяю мужчинам, которые сразу зовут замуж.

— А я не доверяю ренцам.

— Тогда нам стоит допить чай и разойтись, — предложила Ева.

— Но тогда мы не увидимся больше, а я не хочу этого.

— А я буду сильно тосковать без вашего чая, — вздохнула девушка, глядя на пустую чашечку с остатками кофейной гущи.

Хеллгус видел, что она побаивается его, но видел также и ее интерес, и потому продолжил натиск:"

"— Я вернусь на родину под старость лет.

Если вы выйдете за меня замуж, то большую часть жизни проживете в Сколле рядом с семьей.

— А сколько вам лет, Хеллгус?

— Тридцать девять.

Ева кивнула: да, похоже на хорошие тридцать девять. Сделав подсчеты, она прикинула, сколько проживет в Сколле, если станет его женой. В целом все выглядит неплохо, и ей с ее данными следовало бы согласиться на это роскошное предложение. Ну, где она еще найдет такого обеспеченного жениха, умного и чистоплотного? А с другой стороны…

— Я своевольная и упрямая, Хеллгус, и бегать на задних лапках перед мужем не стану, — предупредила Ева.

— Готовить не люблю, убираться тоже. Не знаю, смогу ли родить детей. Подумай еще, нужна ли тебе такая жена?

— Если небеса не дадут нам детей, я приму это смиренно и не скажу тебе ни слова упрека. Я найму слуг, чтобы ты могла заниматься тем, чем хочешь. И слепое послушание мне не нравится. Мне нужна жена, а не рабыня.

— В глазах многих мужчин жена и есть рабыня.

— Но не в моих.

— А если ты врешь, — спросила Ева, глядя в завораживающе черные глаза атрийца, — если станешь деспотом, как только я стану принадлежать тебе?

— Тогда не выходи за меня, — ответил Хеллгус, — я не вижу в браке смысла без доверия.

Во время разговора они немного придвинулись друг к другу и незаметно перешли на «ты».

— Я не знаю, хочу ли вообще брака, так что ничего тебе пока не могу сказать, — проговорила Ева.

— Торопиться нам некуда, и есть роскошь наслаждаться общением и узнавать друг друга. А там видно будет.

На этом моменте Брокк, достаточно подслушивающий за стенкой, решил, что пора возвращаться и, специально шумно топая, зашел в гостиную.

— Ох, — вздохнул он, — не думал, что у меня так хватанет живот! Господин Хеллгус, есть у вас что-нибудь от живота?

— Сейчас принесу, — улыбнулся аптекарь и, поднявшись с низкого диванчика, вышел из гостиной.

Брокк посмотрел на Эву и сказал:

— Я слышал, о чем вы говорили. Ты, конечно, хороша: напугала мужчину!

— Это он меня напугал…

— Да нравишься ты ему, вот и все. Я тоже как мать твою увидел, сразу поплыл. Поженились быстро, и вот уже сколько лет живем душа в душу.