— Я надеялась, что сэр Генрих, сумеет помочь тебе вернуть память. Что вы оба сумеете помочь друг другу, но я не знала, что его жена жива и что это ты!

Настоятельница смущённо отвела взгляд. Либи покраснела, а Идда многозначительно хмыкнула в голос.

— Та ночь действительно помогла нам обоим, — ответила я, подняв голову. — Он излечился. А я начала вспоминать… Мне не за что прощать тебя, светлая Альба.

— Мне кажется, он догадывался о том, кто ты… — поглядела мне в глаза леди Элизабет, выйдя из задумчивости. — Нет, я совершенно уверена в этом!

— Почему вы так уверены? — вздрогнула я. — Он умирал от раскола, вот и решился на способ…

— Последние годы он и не жил вовсе, Беатрис… Всё искал Тёмного Лорда, жаждал мести. Он был ранен полгода тому назад и пролежал неделю в горячке. Он желал умереть, чтобы скорее встретиться с тобой… И я не верю, что смерть могла напугать его теперь. Да так, чтобы он решился на измену с первой встречной девушкой. Он узнал тебя.

— Тогда почему он мне не сказал?! — выпалила я.

Леди Элизабет пожала плечами.

Огонь обжёг нутро. Кажется, не только страх или любовные ласки раскручивали магические вихри внутри, но и возмущение. Предельное возмущение!

— Сколько же пришлось пережить тебе, милая Беатрис, — прошептала герцогиня. — И сколько ещё предстоит…

Леди Элизабет покосилась в сторону окна, за которым сгустилась морозная ночь. Раздались отдалённый гул и вопли. Тёмные, видимо, вновь пытались прорваться.

Мы все поёжились и поглядели друг на друга полными страха взглядами. Доживём ли до утра? Кто поможет нам, если паладин покинул город?

— А-а-а, — с улицы донеслись оглушительные вопли. — Спасите!"

"— Пойду посмотрю, что там, — обеспокоенно сказала Идда и вышла за порог кельи.

В дверях промелькнул охраняющий меня страж с мечом наизготове и в его глазах читалась нерешительность: остаться исполнять приказ или бежать на помощь.

Сквозь щели в закрытых ставнях пробились яркие вспышки. Щекочущий нервы треск заглушил человеческие крики, ставновившиеся всё ближе и громче.

— Тёмные ворвались в святилище! — закричала Идда, застыв на пороге с круглыми, как блюдца, глазами.

55 Битва за святилище

Либи вскрикнула, прижалась ко мне и задрожала, словно котёнок.

— Да прости нам грехи, Пресветлая Дева и сохрани Свет наших душ для Арноса… — обречённо взмолилась Альба.

— Не так я желала встретить свой конец, — побледнела леди Элизабет, подняв голову к тёмному потолку.

Раздался грохот удаляющихся шагов у дверей: страж покинул пост и поспешил во двор.

Стало страшно. Затряслись плечи и подбородок. Похолодели пальцы. Оцепенение. Волна ужаса, поднимающая волосы и остужающая кровь.

Женщины прижались друг к другу, затаив дыхание под гул битвы на дворе.