Тонкие пальцы коснулись его щеки, и низко застонав, мужчина приподнялся на руках и осторожно, начал входить в такое узкое и тугое женское лоно.

Он входил и отступал, и снова двигался вперед, осторожно раздвигая, помогая ей привыкнуть и принять его. И когда в своем движении дошел до тонкой, эластичной преграды, замер, больше всего на свете желая пройти этот рубеж и до ледяного ужаса в сердце боясь сделать ей больно.

Словно понимая его колебания, Стефиана обняла его и потянув на себя, шепнула:

– Салех, я хочу этого…

Со глухим стоном он с силой толкнулся вперед, убирая последнюю преграду между ними.

И дав ей привыкнуть, начал медленно двигаться. Плавными, скользящими движениями погружаясь в ее тело, стараясь не сорваться и не перестать существовать от запредельного блаженства.

И его женщина под тяжестью его тела, под его ритмичными движениями вдруг задвигалась, задышала в унисон с ним, стискивая его руками, и тихонько постанывая ему в плечо.

А он продолжал двигаться в ней, чувствуя, как гладкие мышцы сжимают его, так что ему невыносимо горячо и тесно у нее внутри. И когда она вдруг вскрикнула и забилась под ним, он объятиями поймал ее тело, прижал, придавил, позволяя прожить невыносимое горячее удовольствие.

И продолжил ритмично двигаться, чтобы через долгий миг самому взорваться в наслаждении.

Глава 57. Всякая любовь законна, если это любовь. (к/ф ""Тот самый Мюнхгаузен"")

Просыпаться было приятно – голова удобно лежала на крепком плече, спину надежно обнимала мужская рука, а ее собственная ладонь лежала на гладкой коже груди Салеха. Стефиана повернула голову и встретилась с внимательным взглядом серых глаз:

– Доброго утра, моя леди.

Голос Салеха, низкий, чуть хриплый спросонья, заставил ее щеки покраснеть – воспоминания о том, какие слова он шептал ей прошедшей ночью чувственным жаром опалили тело.

Руки Салеха подхватили ее, и она оказалась лежащей на нем сверху. Серые глаза были очень близко, и снова Стефиана завороженно наблюдала, как серый цвет уступает место янтарю, а зрачок вытягивается в стрелку.

– Салех, почему у тебя глаза меняют цвет? И зрачок…

– Я дракон, моя красавица, и глаза меняют цвет, когда я… очень рад тебя видеть…

Широкие ладони обхватили узкую талию и подтянули повыше, так что ее лицо оказалось прямо напротив его.

А потом по-хозяйски улеглись на круглую попку, сжимая упругие полушария.

– Салех! – зашипела девушка рассержено. После бурной ночи они оба были обнажены, и это смущало ее. – Что ты делаешь?

– Обнимаю свою красавицу-жену. – довольно проговорил принц, одной рукой начиная поглаживать спину, а второй продолжая тискать попку.

– Я тебе еще не жена. – решила уточнить девушка, любуясь широким разворотом плеч и перекатывающимися на плечах мускулами.