Но такой уютный, а по краям располагаются обычные деревенские домики. Даже захотелось пожить в таком пару дней вдали от шумной и токсичной столицы. Удивлен, как эту деревушку еще не выкупили для строительства более престижных коттеджей. Вся романтика местности разрушилась бы.

В тот день шел мелкий дождь. Он ничуть не расстраивал, даже наоборот, дарил какую-то умиротворенность и безмятежность. Там, на берегу этого озера, что, возможно, пруд, и просидел около часа. По внутренним ощущениям, потому что время не засекал. Я наблюдал за гладью воды, за птицами, что низко летают.

Это, говорят, к дождю. Потом пара бабулек вышла из деревенского дома и пошла вдоль озеро, что-то обсуждая и смеясь. Вот она жизнь! Мне захотелось так же. Чтобы забылось все плохое, все ненужное, то что расстраивало и убивало день за днем. Закрыть глаза, а когда откроешь, увидеть это голубое небо над головой, тех птиц, деревенский дом со скрипучей калиткой. Жизнь, когда ты ценишь настоящее.

Мила наблюдает за видами пока из окна. Ни слова не произносит. А мне очень хочется, чтобы ей тут понравилось. Какое-то странное желание, потому что от ее мнения мое впечатление ни сколько не пошатнется.

Она сама выходит из машины, хотя раньше делала мне замечание, когда я не открывал дверь и не подавал руки. Так, по ее словам, было правильно. Скрипел зубам, но делал. Получается, эти правила ей уже не нужны? Стали глупыми и старомодными, раз Апраксина решила первой выбраться из машины?

Выхожу следом, забираю наши сумки и иду за ней. Мила поняла, что наш путь вдоль небольшой тропки, ведущей вниз. С этого места пока не открывается вид на озеро. Он будет, стоит завернуть направо и обогнуть несколько деревьев – берез, что так зазывно махали мне ветками при порывах ветра.

Мила останавливается ровно на том месте, где и я в прошлом году. Делает глубокий вдох и прикрывает глаза. Я наблюдаю за ней. Хочется коснуться до ее волос, провести рукой вдоль плеч и прижать к себе.

– Здесь очень красиво, Глеб.

Расстилаю плед, заботливо теперь подав ей руку, чтобы она смогла присесть. И сажусь рядом. До берега несколько метров, позади нас те самые березы. А впереди та же зазывная гладь воды. Будь сейчас лето, я непременно бы искупался. Когда я в последний раз купался в местных озерах? Даже не припомню.

Может быть, никогда?

Наши плечи касаются, а моя ладонь лежит рядом с ее. Аккуратные длинные пальчики, которые хочется захватить в плен.

– Ты купалась когда-нибудь в речке? В озере? Приехать так с друзьями с палатками и плескаться в воде и прыгать с тарзанки?

– Нет, ни разу такого не было, – грустно отвечает Мила.

– Вот и я нет.

Убираю волосы за ухо, чтобы видеть ее профиль. Мне вообще хочется ее касаться. Понимание этого и раздражает, и будоражит.