Он легко смахнул с себя те капли дождя, что крупными слезами цеплялись за ткань его пальто. Действия обычные для других, завораживали меня и не позволяли отвести глаз.

Если бы я была художником, то непременно бы нарисовала эту картину, как красивый мужчина заходит в кафе и глазами ищет незнакомку. Назвала бы ее “Первая встреча”.

Он узнал меня сразу. Хотя до этого момента в глаза не видел. Слышал только мой голос. Наш телефонный разговор длился несколько минут. О чем он был? Сейчас не помню.

Мистер М подошел к столику и начал меня рассматривать. Не изучать, а именно смотрел в глаза и читал меня.

Так мне показалось. Хотя потом я узнала, что это не так. Он никогда не умел читать людей и их мысли. Очередной миф о Мистере М, который его забавляет.

Слезы начали капать маленькими снежинками, что должны покрывать дорожки в декабре.

Он сел напротив меня и просто улыбнулся. Так по-доброму, искренне, без толики фальша.

– Здравствуй, Людмила. – Голос в самую душу. Он согревает теплыми объятиями, как тот летний луч, все-таки разбивает крепкую стену. Она уже не такая высокая и толстая. Вот здесь пролегла трещина, а облицовка начала крошиться.

– Здравствуй.

Мы просидели довольно долго. За окном уже стемнело, а на улице прекратил идти дождь. Спустя несколько минут крупные хлопья снега легли тонким ковром на разбитый хрусталь. Он помог мне сесть а такси, потому что самостоятельно я ходила с трудом.

Я вспоминаю нашу первую встречу, а потом еще встречу, телефонные разговоры, как мы гуляли с ним по Александровскому саду. Мы не были друзьями, нет. Но почему-то хочется верить в то, что человек может просто стать тебе близким.

– Можешь не отвечать мне, но ответить себе, – отвлекаюсь снова на его голос, – Что ты ждешь от ваших встреч? От вашей игры?

Я допиваю кофе, хотя понимаю, что для такого напитка уже очень поздно.

Выходим вместе из ресторана как пара. Но мы ей никогда не были. Он подходит к своей машине, а я к своей. Несговариваясь, мы припарковали их рядом.

– Мистер М? – спешу я задать свой вопрос.

– Мистер М, – пробует на звучание свое новое имя, – А мне нравится, – улыбка.

– Ты моим девчонкам нравишься.

– Польщен. И где мы виделись?

– Нигде. Но я очень хорошо тебя описала, – облокачиваюсь на дверь.

Прощаться не хочется. Мы можем говорить долго. И это мне нравится.

– Боюсь представить, – у него грудной смех. Глубокий, низкий.

– Я могу им твой телефон дать? – закидываю удочку, хотя прекрасно понимаю, что он не нуждается ни в чьем внимании и обожании.

– Чтобы они подрались?

– Черт, не подумала. А Тиндер? Есть? Я бы Зойке скинула твою страничку.

– Увольте, – на этом слове он открывает машину.

– Пока, Мистер М, – выделяю я его новое имя.

– Пока, Людмила.

Выезжаю первая. Но не задала свой главный вопрос.