Получается, Кречетов все верно угадал.

– Не должен говорить, но, – Макс растягивает слова.

– Плохое начало.

– Да я и не хороший, чтобы всегда говорить приятные вещи. Я самый настоящий bad boy. Смотри!

Он слегка приподнимает полы рубашки и вдоль ребра справа я вижу небольшую надпись – bad boy. Идеальный курсив без лишних завитков."

"Начинаю ржать. Кречетов повторяет за мной. Два мужика, что просто тупо ржут. Сказал бы интересное зрелище, захватывающее. Но все печально.

– Серьезно? Bad boy?

– Набил в универе. Не помню курс. Кажется, третий. У нас училась одна девчонка с красивым именем Анисья. Ангел, а не девушка. Натуральная блондинка с большими голубыми глазами. Влюбился в нее я тогда сильно. Цветы таскал, под окнами ее ждал, стихи даже писал, прикинь, – понимаю, что Кречетов уже пьян, но прерывать его история не хочу, интересно дослушать, – Понимаешь, в чем суть, любила она не ботаников, как я, а ребят покруче. На байках там, с татушками. Типичный амплуа плохого парня, который, – он кривит лицо, – в душе слабый неуверенный в себе мальчишка. Так часто бывает. Но тогда мне хотелось стать именно тем плохим парнем, который покорит ее сердце. Вот результат, – указывает на место татуировки.

– Тебе не говорили, что ты придурок?

– И не раз. Жена, например, бывшая, часто. – В его глазах мелькает отголоски боли. Меня удивляет, что видеть, объяснять, понимать должен он, но делаю это почему-то я. Мы будто специально собрались поделиться, во что превратилась наша жизнь.

– Не должен говорить, но, – повторяю я его фразу.

– Я думал ты другой. Тут моя программа дала сбой. Я увидел тебя законченным эгоистом, выпендрежником и излишне самоуверенным хамлом.

– И почему передумал?

– Не знаю. Понял позже, что внутри тебя идет борьба. Ты сражаешься с самим собой. И ведь никто о ней и не знает, об этом самом сражении. Это делает тебя живым, Навицкий. Может, ты хам и эгоист, но точно не выпендрежник.

– Слушай, ну я так тоже могу. За своими шутками, алкоголем, напускным весельем прячешь свою боль. Вывод – ты человек. – Смотрю на него вопросительно. На какое-то время мне начинает казаться, что Кречетов не пьян, просто притворяется. Настолько трезвый у него был взгляд.

– Хм, хорош. А знаешь, что мне сказала жена, бывшая, напоминаю? Что я не человек, я сканнер. – Кречетов грустно смеется, – Я сканнер, бл*ть! Помогаю только другим.

Наливаю порцию из бутылки, что решили взять у бармена, и протягиваю ему.

– По ходу тебе реально нужнее.

Какая-то у нас странная беседа получается. Мы не знаем друг друга. Уверен, это случайная встреча в баре. То ли всему виной алкоголь. Он, как говорится, сближает. То ли просто и ему, и мне хочется выговориться. А может, отвлечься. Сейчас уже ни в чем не уверен.

Вижу сообщение от Милы. Завис даже на мгновение.