Помимо него, среди инструкторов и курсантов было немало рекордсменов спорта СССР и мира. Одно отделение, состоящее из таких чемпионов, так и называлось – богатырским. Бойцы «богатырского отделения» легко справлялись с полной боевой выкладкой в дальних походах. Если молодые красноармейцы макет танка обычно «поражали» только одной учебной гранатой, то легкоатлет Митропольский «баловался», как правило, связкой из пяти штук. Именно благодаря целой команде легендарных спортсменов деятельность ОМСБОНа впоследствии покрылась поистине неувядаемой славой.

На занятиях по рукопашному и штыковому бою учили действовать не только штыком и прикладом, но и лопатой, кинжалом, пистолетом.

Помимо этого, оттачивались приёмы самбо, вольной борьбы и бокса. Каждое движение отшлифовывалось до автоматизма. У кого-то получалось лучше, у кого-то хуже, но эти тренировки впоследствии спасли немало жизней.

Где точно был в своей тарелке Женька, так это на лекциях по теоретической подготовке, поскольку обладал прекрасной зрительной и слуховой памятью. Ему было проще запомнить материал, как говорится, с лёту, чем тратить время на бессмысленную писанину и зубрёжку.

Однажды на занятиях по изучению устройства пулемёта, проходя мимо него, инструктор спросил:

– А вы почему не конспектируете, товарищ боец? – В его голосе прозвучали нотки зарождающегося конфликта: к нарушениям воинской дисциплины в подразделении относились предельно строго.

– Нет необходимости, товарищ лейтенант.

– Во-первых, когда к вам обращается старший по званию, необходимо вставать и представляться! Вы что, Устава не знаете?

– Виноват! Красноармеец Ануфриев! – вскочил Евгений.

– Во-вторых, что значит «нет необходимости»?

– Память хорошая.

– Ах, вон оно что, – ухмыльнулся инструктор, предчувствуя неминуемое разоблачение. – В таком случае скажите мне, красноармеец Ануфриев, какова масса ручного пулемёта Дегтярёва.

– Восемь с половиной килограммов, – отчеканил боец.

– Хорошо. Масса магазина?

– Два килограмма семьсот граммов!

– Та-а-ак… Длина пулемёта с пламегасителем?

– Метр двадцать три!

– Ёмкость дискового магазина?

– Сорок семь патронов!

– Прицельная дальность?

– Полтора километра!

– Темп стрельбы?

– Шестьсот выстрелов в минуту!

– Ладно.

И последний вопрос. Начальная скорость полёта пули?

Сослуживцы замерли. Ответ на этот вопрос даже в конспектах был отражён не у каждого. Выдержав небольшую паузу, Ануфриев отрапортовал:

– Восемьсот метров в секунду!

– Точно! – выдохнул Сорокин. – Вот, учитесь! – обратился он к остальным, показывая на Евгения. – Молодец, Ануфриев! Садитесь. Разрешаю не записывать.

– Есть!

Правда, не все были настолько покладисты и сметливы.