Королькова пожалел пожилой немец, не стал добивать, только пробормотал: «Юнге, юнге…»

Ивану соорудили из портянок и обмоток подобие обувки, и они с Перлиным пошли прочь из деревни. Дальнейший рассказ об их похождениях больше походил на выдумку. Хотя на войне чего только не бывает."

"Выбираясь из Хлуднева, они по пути встретили какого-то низкорослого фрица, несущего под мышкой валенки. Немца обезоружили и забрали его трофеи. Врага решили пристрелить, но неожиданно карабин дал осечку. Коротышка, воспользовавшись заминкой, дал ходу, только его и видели. Но зато Иван снова облачился в валенки, и они с Борисом благополучно достигли Гульцова.

26 января, так же как и Ануфриев, на ночь глядя в Гульцове появился ещё один выживший после боя в Хлудневе – старший лейтенант Николай Лавров.

Со всех вернувшихся взяли объяснения. После изучения свидетельств особистами бумаги легли на стол члена военного совета 16-й армии дивизионного комиссара Лобачёва, прибывшего с командармом Рокоссовским принимать под своё начало то, что осталось от армии Голикова.

Возмездие

Придавая большое значение Сухиничам, Ставка Верховного главнокомандования, чтобы парировать удар противника и освободить город, 22 января приняла решение перебросить в этот район командование 16-й армии.

Соединения армии после завершения операции на гжатском направлении были переданы соседней 5-й армии, а на новое место назначения прибыл практически только «мозг» одной из лучших армий начального периода войны во главе с её командующим Константином Константиновичем Рокоссовским и начальником штаба Алексеем Андреевичем Лобачёвым.

23 января они со своим штабом были в Калуге, а уже на следующий день прибыли в расположение 10-й армии, где занялись решением вопросов, связанных с приёмом войск.

С момента передачи командующим 10-й армией Голиковым имевшихся в его распоряжении войск Рокоссовскому фактически состоялось формирование новой 16-й армии. С 27 января все дальнейшие действия под Сухиничами и в окрестных районах вела она.

Отряд Лазнюка после боя за Хлуднево оказался обезглавлен: сам командир попал в госпиталь, а двое его ближайших помощников – Михаил Егорцев и Лазарь Паперник – погибли смертью храбрых. Примерно в это же время геройски погибли и командиры двух других отрядов – Никита Горбачёв и Николай Васин.

Среди личного состава потери тоже были большими.

В третьей декаде января 1942 года оставшиеся бойцы из подразделений Горбачёва и Лазнюка в количестве 68 человек были объединены в один отряд, командование которым принял лейтенант Кривцов.

Евгения Ануфриева во вновь сформированном подразделении назначили командиром отделения. Теперь в его подчинении находились 13 бойцов. Одним из них стал Борис Перлин. Евгений не хотел его брать.