— Как у тебя дела?

— Лучше вы мне скажите, — набравшись храбрости, прошу его, — я же тут ничего не знаю.

— Все идет по плану, — кивает он, — полиция шуршит, твое дело докатилось даже до федеральных новостей. Резонанс поднят, как мы и хотели.

Я не совсем понимаю, что теперь должен делать Арслан, как это — ловить рыбку в мутной воде? Но вникать не хочу. Боязно.

— Это же хорошо? — уточняю на всякий случай.

— Хорошо, — кивает он, — потерпи немного. Скоро увидитесь с Егором.

— Как он? Вы его видели? — поднимаю глаза, а он усмехается, этот похожий на медведя мужчина, будто я только что выдала себя с головой. Плевать.

— Все с ним отлично, Ева, ходит на работу, заправляет своим огромным бизнесом. Ждет дня, когда сможет приехать к тебе. Привет передавал.

Мне тепло становится сразу, хочется допрашивать Арслана о Егоре еще и еще, только вряд ли его это обрадует.

— Вы ему тоже передайте, пожалуйста, от меня, — неловко прошу. Странные ощущения, передавать друг другу приветы через другого человека. Не записки даже, не сообщения — всего лишь фразы, сказанные чужим голосом и интонациями. Черточки мало.

— Передам, всенепременно.

Он проходит мимо меня в дом, я думаю, должна ли за ним идти или это вовсе необязательно? Наверное, нет, судя по всему, наш разговор завершился. Стою в раздумьях, не зная, что мне делать дальше, и может, поэтому не сразу реагирую на оклик:

— Ева?

Женский голос принадлежит той самой блондинке, которая приехала с Арсланом. Она выходит из автомобиля, руки держит в задних карманах джинс. Теперь я могу разглядеть ее ближе. Девушка очень красивая, с точеными чертами лица, худая. Мы с ней примерно одного роста, но из-за живота я чувствую себя рядом бегемотом.

— Меня зовут Карина. Я хотела тебя поблагодарить, — говорит она, а я удивленно поднимаю брови:

— Поблагодарить? Но за что?

Сначала говорю, а потом понимаю. Это она — мама дочки Арслана. И если по нему невозможно понять, что произошла беда, то по девушке заметно. Она красивая, но темные круги и красные глаза выдают ее усталость.

— За то, что согласилась помочь. Это очень важно для меня.

Она делает два шага навстречу и обнимает меня крепко. Это так неожиданно, что я теряюсь, но потом, опомнившись, глажу ее по спине.

— Все будет хорошо, — успокаивая то ли ее, то ли себя, шепчу тихо, а у самой на глаза наворачиваются слезы.

— Обязательно, — кивает Карина, отстраняясь, — иначе и быть не может.

Глава 47. Егор

Даже работа не помогает отвлечься.

Я два дня торчу безвылазно в офисе, и мое настроение как через транслятор распространяется по всем кабинетам. Сотрудники работают в поте лица, будто боятся, что я сорвусь и начну на них орать или бросаться тяжеленным пресс-папье.

Такого никогда раньше не было, я всегда держу нервы в узде, но не в этот раз.