Не позволить им укрыться в машине, не позволить уехать! Немедленно потребовать у Германа объяснений! Правды! Пусть признается мне!

Но… готова ли я услышать эту правду прямо сейчас?…

Я всхлипнула, понимая, что умру на месте, если услышу подтверждение мыслям. Перестану существовать. Весь мой мир рухнет в один миг! Или уже?…

Растерла на щеках слезы. И секунда промедления стоила мне дорогого. Хищный внедорожник заурчал, тронулся с места и тут же скрылся за поворотом.

Мне только и оставалось, что смотреть ему вслед.

Сжала руки так сильно, что ногти впились в ладони. Но это помогло отрезвить пылающие мысли в моей голове.

Я вскинула голову, быстро пройдя внутрь открытой машины. Дождалась, пока водитель захлопнет дверцу и займет свое место.

– Куда едем, Варвара Валерьевна? – беспристрастно спросил, будто и не замечая слез у меня на щеках.

– Домой. – Холодно ответила я, и нажав нужную кнопку, отгородила себя от водителя.

Домой… Но сначала…

Дрожащими пальцами, достала из сумки мобильник. Нажала одну цифру – номер Германа на быстром наборе.

Сердце готово было пробить грудную клетку мощью ударов, когда на том конце провода послышался первый гудок.

3

Гудок сменился вторым, потом третьим, и я уже потеряла надежду на то, что Герман ответит, когда в трубке раздался его властный голос:

– Да. Что-то срочное? – без приветствия спросил он меня.

Я стиснула зубы, заглушая эмоции.

– Герман… – прохрипела, удивляясь как жалко звучит собственный голос. Прикрыла глаза на секунду, беря себя в руки. – Ты… Ты занят?

– Я за рулем, – сухо отозвался мой муж.

Такой тон был привычен для телефонных разговоров посреди дня. Герман деловой человек, его мысли заняты многомиллиардными контрактами, переговорами, сделками. И он не может выключить цербера по щелчку пальцев, когда я звоню. И в другой раз я бы не обратила на это внимания. Но не сегодня. Не после того, что увидела.

Заламывая руки, я молчала, не замечая, что пауза становится слишком долгой, странной, неловкой.

– Что-то случилось? – раздался в динамике телефона его требовательный голос. – Говори.

Я прикрыла глаза. Из-под ресниц текли слезы. Мысленно умоляла его назвать меня любимой, или хотя бы по имени. Это даст мне надежду. Даст шанс дожить до вечера. Дождаться мужа спокойно, и откровенно поговорить.

Но прошла секунда, вторая. Герман молчал. Ждал ответ.

До боли закусила губу.

– Нет, ничего не случилось. Просто… хотела спросить во сколько ты сегодня приедешь… домой. – На последнем слове споткнулась. Дом. Наша крепость.