Тот ловко и умело хватал их и рассовывал в карманы широченных брюк.

Полицейские, охранники, просто служащие тащили бедного Леву в банковскую конторку надзора, он же истошно кричал:

— Что вы от меня хотите? Я ничего не крал! Обыщите меня! С ног до головы обыщите!

Арон, пользуясь общей заварухой, быстро направился к выходу, где его буквально с ходу подхватила Сонька на своей пролетке. Извозчик лихо ударил по лошадям, и двойка понеслась по Литейному.

* * *Посетителей в ресторане было немного. Соня и два ее подельника отмечали успех ограбления банка скромно: на столе стояли две бутылки французского шампанского и фрукты.

Арон давился от смеха, пересказывая перипетии сегодняшнего приключения:

— Я как заору: «Ограбил!» Ору, а наш кассир белый стал и шепчет мне: «Не ори так громко!» Почему, спрашиваю. Страшно, говорит… И все деньги кидает, кидает.

— А меня охранники облапили и тащат, — вспоминал Левка. — Особенно один был бугай! Я говорю ему: больно. А он успокаивает: сейчас, говорит, сука, будет еще больнее! Когда карманы станешь выворачивать!

— Это который стоял на входе?

— Нет, который прибежал. Я ему — не грабил я, ни гроша в карманах! Не верит, тащит. А когда стали шмонать, ничего, окромя старого носовика, не нашли! Где тысячи, которые спер? Ищите, отвечаю. Найдете — все ваши!

Соньку тоже трясло — то ли от нервного напряжения, то ли от радости.

— А я села в карету и жду, когда Арончик выбежит. А извозчик ничего не понимает и все успокаивает. Что это с вами, барышня, говорит. Чего вас так колотит? Кого вы так нервно ждете? Наверно, любовника? Ага, говорю, любовника.

— А чем я не любовник? — возмутился Арон.

— Вот теперь любовник. Почти. — Сонька поднялась и крепко поцеловала его в губы.

— А меня? — обиженно спросил Лева.

— Можно и тебя. — Она поцеловала мягко, в лоб. Подняла бокал, чокнулась с парнями. — Вот когда все воры объединятся, не такими делами будем вертеть!

— Опять, да? Не хочу ни с кем объединяться, к чертям! — разозлился Арон. — Хочу сам по себе. Втроем грабанули, на троих поделили — и все путем. Ну, кассир еще.

Соня не стала спорить, повернула голову в сторону пожилого человека в черном сюртуке. Того самого, который был в ювелирном магазине Савельева. Он внимательно смотрел в их сторону.

Соня тронула за рукав Арона.

— Там господин… он все время смотрит в нашу сторону. По-моему, я его знаю.

Тот взглянул в сторону пожилого господина, тихо присвистнул.

— Ты чего? Это ж самый знаменитый вор — Левит Санданович. Правда, он сейчас уже не работает. Но дать совет может по любому вопросу. А откуда ты его можешь знать?

— Было дело.

Неожиданно Левит Лазаревич поднялся и направился к их столику.

Элегантно приподнял шляпу, поклонился.

— Здравствуйте, господа.