А самое главное сердце словно тасманский дьявол крутится волчком в груди, заставляя задыхаться.

Даже не останавливаю скольжение взгляда, потому что так иногда бывает. Уже не первый раз. В обычные дни я могу заметить черты Левицкого в прохожих, в моделях на билбордах, даже в мужьях пациенток.

Но это все просто отголоски прошлого. Фантом той любви, шрамы которой не вывести даже хирургическим путем.

Обычно стоит мне моргнуть, видение воспаленного сознания тут же исчезает. Дыхание восстанавливается. Глаза перестают слезиться.

Я и в этот раз моргаю, надеясь, что все закончится. Сейчас не самое лучше время предаваться воспоминаниям о его твердом подбородке, остром взгляде серых глаз, о совершенном теле, которое я так хорошо изучила. О длинных пальцах, умеющих одним прикосновением заставить делать все. О голосе, который иногда звучит в голове проклятым «Никогда больше, Диана»

Хватит!

Он больше не появится в моей жизни. Он прошлое. Бывший, мыслями о котором место на дальней пыльной полке, самого дальнего чердака моего сознания.

Так что я поворачиваюсь, моргаю.

Раз. Другой.

Но…

Видение не исчезает.

Более того, призрак Левицкого вполне реален. В шикарном черном костюме, белоснежной рубашке с расстегнутым воротом с идеально уложенными волосами, словно небрежно зачесанными назад.

И все это совершенство салютует мне бокалом шампанского. А мне остается только замереть каменным изваянием, вспоминая черный порше. Коня всадника апокалипсиса, пришедшего в мою жизнь, чтобы разрушить ее до основания.

Снова.

В следующий момент мимо него идет официант. Он ловко цепляет с его подноса второй бокал.

Я тут же отворачиваюсь. Смотреть, вспоминать, окунаться в прошлое, как в это самое сладкое шампанское сил нет. Все слипнется потом. Голова кружиться начнет.

Сглатываю, только надеясь, что совершенно ему не интересна и он даже подходить не будет. Наверняка самому неприятно видеть меня здесь. Чувствую, как пересохло горло. Нужно попить.

И словно по волшебству, стоило мне подумать об этом, перед лицом появляется тот самый бокал. Я даже не думала, что он подойдет. Вернее, надеялась. И брать не хочется. И попить надо. Черт, черт!

И только странность всей ситуации заставляет меня сжать зубы и взять шампанское. И стоило бы промолчать. Но я мазнула взглядом по белоснежному воротнику и спросила.

— В твоей жизни стало все так плохо, что ты решил поработать официантом?

Брови Артура буквально взлетают вверх.

— Сарказм, Титова? — я Обломова. — Не думал, что доживу. Хотя ты только что оскорбила всех трудяг этого зала, но кого это волнует, верно? Главное ведь блеснуть перед бывшим новыми, стальными яйцами? Вниз не тянут?

Да, рядом стоящий парень с подносом действительно недобро на меня смотрит.