Так что сам лег спать на кровати, взяв телефон и просматривая сохраненные немногочисленные сообщения Дианы. С самого начала отношений. Десять лет. Почти целая жизнь в одной переписке. Где в каждом слове она. Бесявая, ведомая, глупая, дурная, ласковая, добрая. Самое главное моя.

Моя, ты Диана. Всегда была. И всегда будешь. И это видно в каждом «очень» В каждом «конечно». В каждом «люблю».

У нее есть мой номер, а мне остается только ждать. И еще никогда мое терпение не подвергалось подобной пытке.

Знать, что она была почти в моих руках и ускользнула, как ускользает рыбка, готовая выполнить любое желание.

Глава 47. Диана

Всего четыре часа на арендованной машине, и я в месте, которое много лет назад называла домом. Я родилась в этой глухой деревушке, где из достопримечательностей только фонтан у административного комплекса. Правда и тот уже давно не функционирует.

Я и сама не могу ответить себе на вопрос, зачем мне с ней встречаться. Может быть потому что у меня самой через месяц будет дочь, и я еще раз хочу увидеть пример того, какой не должна быть мать.

А может хочу рассказать, что она не зря привезла меня, когда – то в Москву и избивала за плохие отметки и дружбу с Артуром. А может я просто понимаю, что очень скоро ее не станет и у моей девочки не будет бабушки. Никакой.

Здесь ничего не изменилось. Кажется, вон на том поле пасется та же самая корова, а этот пьяница спит здесь уже много лет. А может это следующее поколение. И следующее. И после него. Если у жителей нет желания выбраться, жить здесь нормально они не смогут.

И такой вот страной хочет управлять Артура. Он хочет, что – то изменить или будет заботиться только о своем обогащении?

Немного стыдно, что я так и не узнала ничего на этот счет. Я вообще не спрашивала о его конкретных планах. Наверное, потому что всегда боялась ими вдохновиться, заразиться желанием сделать этот вот мир лучше.

Мир, в котором будет жить моя дочь.

Я наконец дохожу до дома, в котором провела пятнадцать лет своей жизни. Он все еще стоит, но если раньше казался большим белым, то теперь скорее напоминает будку собаки. Зато рядом огромный огород, в котором мы всегда работали, чтобы вырастить картошку и другие овощи. Чаще всего на продажу. Иногда были и ягоды. Но самые красивые мама продавала, а самые гнилые шли на корм свиньям. Казалось мама готова была продать все, а мужики, которых она брала жить с собой всегда ей помогали.

Наверное, ничего удивительного, что однажды она решилась продать самую удачную свою ягоду.

Я даже не удивлюсь, если она решится на это вновь.

Я не скажу ей, где живу. Не скажу, что одна теперь. Не скажу ничего. Я просто хочу посмотреть на эту женщину, которую, когда – то называла матерью.

Не могу решиться войти внутрь.