Такие мозги, да на благое бы дело… Представь, бомбу он собирал лично!

— И что теперь? — вздохнула я.

Как всегда, больнее всего ударяют самые близкие люди. Как Себальд до сих пор переживает, что просмотрел преступные наклонности Паули, так и Рис наверняка корит себя, что пригрел преступника, о котором всё было известно заранее. Но честный человек тем и отличается от бесчестного, что судит по себе и изначально видит в людях исключительно хорошее.

— Теперь его ждёт суд. А я подал в отставку! — жизнерадостно сообщил Дельхарт.

У меня закружилась голова, я чуть не рухнула в воду прямо так, в шубке.

— Зачем? — пролепетала я. — Всё же решилось? На тебя больше не охотятся. Не охотятся ведь?

— Нет, я никому не сдался, — фыркнул Рис, притискивая меня к себе сильнее. Якобы заботясь о нашем равновесии, но я-то заметила, как его пальцы стиснули мою задницу! — Теперь тем более. Пусть сами разгребают свои проблемы, мне надоело ругаться за каждую поправку в замшелом кодексе. А у меня есть более увлекательные способы развлечься.

И руками так жмяк-жмяк многозначительно.

— Ты же выйдешь за меня замуж? — соизволил наконец спросить Дельхарт. — Мы могли бы вернуться в столицу, а если нет — присмотреть здесь где-нибудь домик… Я бы засел за мемуары. Поверь, у меня получится не хуже, чем у старого Тиннера! Половина моих приключений, правда, до сих пор проходит под грифом «совершенно секретно», но и остатка хватит на пару-тройку детективных романов. Ты их, кажется, любишь? Заодно поможешь мне с экранизацией.

Я вцепилась в дублёнку Риса так, что костяшки побелели.

Он конечно зараза, что решил всё без моего ведома…

Но ведь не решил ещё!

Просто предлагает варианты. И я могу в ответ предложить свои… Хотя вообще-то меня всё устраивает. Кроме одного.

— А если Элис вернётся? — дрожащим голосом уточнила я.

— Пусть возвращается. Скажем, что она твоя внебрачная сестра или наоборот. Мефру Тиннер, конечно, поистерит немного, но мы ей объясним ситуацию, — тут же нашёл решение проблемы Дельхарт.

— Не в этом дело, — я мотнула головой. — Вдруг я обязана буду вернуться к себе?

— У тебя там кто-то есть? — взгляд мужчины мигом посуровел.

Я грустно улыбнулась и пальцем разгладила морщинку между его бровей. Как он мне когда-то.

— Родители. Я их очень люблю и не хочу чтобы они страдали, — пояснила я. — А если их единственная дочь вдруг пропадёт, они точно будут страдать.

— Мы что-нибудь придумаем! — пообещал Рис, и мне вдруг стало легко и спокойно.

Я поверила ему. Окончательно и бесповоротно.

Если мой мужчина говорит, что он что-нибудь придумает, так оно и будет.

С откровенной неохотой я вывернулась из кольца его рук и потащила за собой к усадьбе.

— Показывай свои гидроужасы. Жуть ведь небось допотопная, — потребовала я на ходу.