Мы с тобой договорились, любимая?

Ответа за ней так и не последовало, но что-то внутри меня подсказывало, что она согласилась на все мои условия.

— Ты меня любишь? — я всё никак не давал ей заснуть, забыться на несколько часов в сладких снах. — Если ты скажешь мне «нет», мы с тобой снова займёмся тем, чем занимались пару минут назад.

Глаза прятались в одеяле, тело почти не двигалось, больше не трясётся. В полумраке я мог видеть, как слёзы скатываются по её щекам прямиком на волосы.

— Я люблю тебя, — шепчет Полин, пряча взгляд в пледе.

Наматываю прядь её медовых волосы на пальцы."

"— У тебя такие красивые волосы, — говорю, скорее самому себе. — Каждый мужчина почтил бы за честь прикоснутся к ним, таким бархатистым и гладким. Позволь мне кое-что сделать перед сном, Поль? И я не побеспокою тебя больше сегодня.

Полин несмело мне кивает, показывая своё беспокойство. Но беспокоится не о чем, любимая, это совсем не больно и нужно нам с тобой.

Иду на кухню и переношу один стул в ванную. Затем беру её на руки и не несу туда же. Ведь миниатюрные стопы не должны касаться пола. Она может привыкнуть к этому и подумать, что так и надо, ходить самостоятельно. Но как бы я ни устал ей вдалбливать одно и то же, я продолжу, пока она не поймёт это, не осознает на все сто процентов и не начнёт делать так, как я сказал.

Включаю душ, её волосы намокают, большего нам не нужно. Усаживаю её на стул. Она может видеть нас в зеркале. Себя, такую робкую и неподвижную, что это даже могло напугать кого-то. Меня, стоящего над ней мужа, что заплетает ей косу.

— Ты невероятной красоты девочка, правда же?

Только я представляю, что кто-то другой может наматывать пряди твоих волос на свои пальцы, меня в дрожь бросает, неприятную и зыбучую, из которой нет выхода.

Достаю из шкафчика над раковиной ножницы и остерегаю заплетенную только что косу. Она падает на пол, прямо мне под ноги. Полин ничего не говорит, не смотрит, не реагирует. Боится и страшится меня. Моей слегка психически нездоровой и сумасбродной реакции на любое её слово, эмоцию или жест. Но ведь нет, ты можешь всё, что ты захочешь, только с моей помощью.

Расправил остатки косы на её голове. Совсем коротко. Теперь этих волос не хватит для того, чтобы наматывать их.

Казалось, она смотрела на это с замиранием сердца и комом в горле. Может, ты не поймёшь, но ты сама позволила, моя милая. Ты же знаешь, что это очень важно для меня.

— Тебе очень идёт, — я пытаюсь успокоить Полин прежде, чем хоть какие-то её эмоции вырвутся наружу. — Ты любишь меня? Ответь честно. Клянусь, я не притронусь к тебе, каким бы твой ответ ни был.

Полин дотронулась рукой до своего затылка и шеи.

Заправляю ей пряди волос за ухо.

— Да, — с ропотом в голосе проговаривает она.

— И ты рада этому? — спрашиваю я, падая перед ней на колени.