— Здравствуй, Полина, — я первой подаю голос. — Ты звонила мне. Я сделала вывод, что ты хочешь поговорить.

Она усмехается. Наконец, полностью поворачивается в мою сторону и обдает волной презрения."

"— Он не отойдет от тебя, пока ты не сядешь, — я киваю в сторону высокого охранника, который нависает над Полиной, как гранитная плита.

— Боишься меня? — Полина улыбается, обнажая белые зубы.

— Не спорю с охраной. Это их правила.

— Ха, — выдыхает девушка и косится на бодигарда. — Наверное, кайфуешь от своей работы? Где ты еще такую, как я, полапаешь?

Она с издевательской оттяжкой выдыхает ему прямо в лицо. Еще секунда и она опускается в кресло. Упирается в спинку до скрипа и закидывает нога на ногу.

— Я смотрю, ты выбила себе целый кабинет, — она возвращается взглядом к моему лицу. — Круто. Он любил его, и мне тут нравилось. Здесь вид классный.

Полина небрежно показывает на окна.

— А еще здесь крепкий стол, — добавляет она. — Мы часто на нем шалили.

Мне легко дается молчание. Специфика работы давно научила выдерживать максимальную паузу. Я наблюдаю за ней, отмечая крупицы поведения. Полина не в состоянии говорить, сохраняя одну громкость. Ее голос шалит. А правая ладонь то и дело возвращается к пуговице на плаще. Она одергивает себя и отпускает ее, расслабленно бросая ладонь на подлокотник, но стоит ей зазеваться, так пальцы снова сжимают несчастную пуговицу.

— Чего ты хочешь, Полина?

— Хочу, чтобы ты проиграла.

— И все?

— Нет, у меня большой список. Хочу влияния, денег, чтобы Макаров в ногах ползал… Что еще? Свое кольцо назад тоже хочу.

— Леша его выбросил.

Я провожу ладонью по столешницу стола, которая приятно холодит.

— Большой список, ты права, — продолжаю. — И кто будет его оплачивать? Твой отец? Он должен выиграть войну, чтобы ты получила все, что хочешь?

— Ох, — Полина взрывается смехом. — Я совсем забыла, ты же психолог! Пошли терапевтические трюки? Боже, как дешево! Только не говори, что копалась в моем досье.

— Я его читала. И Макаров кое-что рассказывал.

Это ее задевает. На досье ей плевать, а вот на слова Алексея — нет.

— Ты выросла без матери, Полина. И, можно сказать, без отца. Он всегда был занятым бизнесменом и редко проводил время дома. Но он дарил много подарков, да? Любое твое желание исполнялось. Он избаловал тебя, как принцессу.

— Завидуй молча.

— Избаловал, но рядом не был. Только когда надо было решать проблему, он появлялся дома. И ты быстро научилась их создавать. Истерики, скандалы, неприятности. Все, что угодно, лишь бы обратить на себя внимание.

— Тебе, правда, платят за это деньги? Пока очень слабо.

Она кривит губы и собирает руки в замок на груди. Создает преграду между нашими телами.

— Я здесь, не чтобы поражать тебя, — произношу тверже. — Я хочу прояснить два момента.