– Это какая-то шутка? С чего вдруг? - Первая пришла в себя блондинка.

– Нет, – покачал головой нотариус, – Соколова Ксения Викторовна является биологической дочерью погибшего, о чем свидетельствуют результаты экспертизы ДНК."

"– У него не было детей! Я – единственная прямая наследница Артура! – сорвалась вдруг блондинка, кидаясь к столу нотариуса. – Это какая-то подстава! Все знают, что у него не было детей, тем более таких взрослых.

– Девушка, сохраняйте спокойствие!

В воздухе нарастало напряжение. А может просто в небольшом кабинете скопилось слишком много народа и стало нечем дышать.

– Дим, можно я выйду? Мне нехорошо, – тронула мужа за руку.

На свежем воздухе мысли немного прояснились, но все равно поверить в то, что Артур –  мой настоящий отец, я не могла. Не укладывалось в голове.

Дрожащими руками набрала номер отца, запоздало вспомнив, что я ужасная дочь. Даже о своей свадьбе и беременности не сообщила родителю!

– Пап, привет! Как дела? – выпалила, услышав родной голос.

– Привет, Ксюшенька! Все хорошо. Как сама, дочка? Я звонил тебе недавно, но у тебя телефон был недоступен.

– Все хорошо. Даже, я бы сказала, замечательно. У меня к тебе несколько вопросов. Очень важных.

– Говори, конечно.

– Скажи, ты был знаком с Алябьевым Артуром?

На том конце связи повисло недолгое молчание.

– Да, мы... общались. Давно.

– А мама?

– И мама тоже.

– Насколько ""тоже"", пап? Это очень важно для меня!

– Что ты хочешь услышать от меня? - тихо спросил отец.

А у меня в виски била фраза ""биологическая дочь"". На языке крутилась, жгла нервные окончания.

– Правду. Какое отношение я имею к этому человеку?

Мне показалось – он тяжело вздохнул.

– Ты – его дочь. Он уехал, когда твоя мама забеременнела тобой.

– Значит, это правда...

– Артур погиб неделю назад. Показывали в новостях. Сгорел в автокатастрофе. Похороны, вроде, дня три назад были. Ты была на них?

– Нет. Сегодня сообщили, – рассеянно отозвалась я.

– Даа, дела-а. Откуда ты узнала про него?

– Он сам нашел меня. Месяц назад, -– встряхнула головой, пытаясь справиться с неожиданной новостью. –  Извини, пап. Я перезвоню позже. Меня зовут. Люблю тебя!

К нам действительно спешил мужчина с конвертом в руках. Перечислил какие нужны документы, сроки и прочее для оформления наследства. И передал белый запечатанный конверт, сказав, что это лично мне.

Конверт я убрала в сумочку, взглянула на Диму, стоявшего рядом и просто попросила:

– Поехали домой? Иначе я с ума сойду.

Весь оставшийся день я провела в потеряном состоянии. Признать очевидный факт, что меня воспитывал неродной отец оказалось не так-то просто. На столе лежал нераспечатанный конверт, привлекая взгляд, но я почему-то медлила его открывать. Возможно, потому, что понимала, что после его прочтения жизнь не будет прежней.