Ткань тут же пропиталась темной кровью, а я беспомощно наблюдала, отчаянно жалея, что не обладаю даже крохами целительских способностей.

…Со стороны поверженного Лаира донеслось подозрительное чавканье. Я обернулась, через силу, с трудом превозмогая свое собственное непослушное тело.

— Да что тебя! — выдохнула сердито и, не раздумывая, бросилась к нему.

Из черной лужи к джинну протягивал свои щупальца мильган.

— Как же мне это надоело! — прорычала, выхватывая из безвольной руки джина боевой клинок. Оружие было слишком тяжелым и неудобным для меня, но я замахнулась и изо всей мочи обрушила его на щупальца.

Даже не обрушила. Просто уронила.

Мильган зашипел, завопил, неистово дергая обрубками. Я замахнулась еще раз и снова ударила, в этот раз разрубая его пополам.

Ближайшая лужа начала покрываться пузырями. Они набухали, до размера крупного кочана капусты, лопались, разбрызгивая в стороны черные ошметки. Что-то подсказывало — новые гости из Запределья уже близко.

— Бука! — я бросилась к другому джинну, упала рядом с ним на колени и начала тормошить, — очнись, пожалуйста.

Он не слышал меня, словно спал глубоким беспробудным сном.

Я схватила его за грудки и стала трясти, что было сил. Его Хельм вывел из строя самым первым. Без боя. Просто вероломно напал, подчиняя себе чужой резерв, но потрепать его не успел."

"— Приди в себя, гад! — уже кричала, с отчаянием наблюдая, как на поверхности снова появляются толстые сальные щупальца. — слышишь меня?

Бука не слышал. Безвольно дергался под моими руками, но в себя не приходил. Даже когда начала хлестать его по щекам и дергать за нос.

— Проклятье!

Мильган уже почти протиснулся в наш мир.

И снова мне пришлось хвататься за клинок. Он был настолько острым, что даже с моего слабого удара входил в черную тварь, как нож в масло.

Я разрубила еще двух, которые пытались пролезть сквозь соседнюю лужу, но не чувствовала не азарта битвы, ни привкуса победы. Это было только начало, и мне пока везло. Проход был маленьким, тугим, и они с трудом протискивались в наш мир, медленно и надрывно превозмогая сопротивление грани. Если они ударят сильнее, попрут всей толпой, то мне не поможет даже клинок джинна.

Я не воин. Я просто маленькая слабая девочка, пытающая спасти друзей.

Во рту пересохло, нестерпимая горечь разливалась по языку, и я внезапно поняла, что мне нужно. Вода! Снова бросилась к рюкзаку и полезла внутрь. Непослушные завязки не хотели поддаваться. Я их дергала, суетилась, попутно осматриваясь по сторонам — не лезут ли новые чудовища.

Наконец мне удалось достать бутылку. Недолго думая, я снова подскочила к Буке и прижала горлышко к губам, пытаясь его напоить. Не получалось.