Запылало, обдавая нестерпимым жаром с ног до головы, выжигая все чувства кроме злости.

— Это же твои парни! Али, Лука, Лаир! Они шли сюда, чтобы помочь!

— Я разве просил помощи?

— Их не надо было просить, — сквозь зубы прошипела я, — Они пришли ради тебя!

— А ты? — снова тягучий взгляд скользнул по губам.

— И я, — нет смысла отпираться. Все это ради него. Хотя сейчас мне меньше всего хотелось помогать. Будь я мужчиной, я бы точно попыталась набить ему морду.

Наверное, эти мысли как-то отразились в моих глазах, потому что Хельм подобрался, стиснул зубы и прищурился, вглядываясь в мое лицо.

Он резко вскинул руку, смыкая ее на моей шее. Я начала вырываться, ногтями царапать крепкое запястье, в тщетных попытках разжать его пальцы.

— Я тебя пугаю? — снисходительно улыбнулся хозяин, и, немного ослабив хватку, провел большим пальцем по щеке.

В ответ во мне тугими кольцами скручивалась ярость. Не страх, не паника, не тоска, а кристально чистая ярость. Я перестала брыкаться и шагнула к нему. Встала рядом, запрокинув голову чтобы посмотреть в глаза рослому джинну в боевой ипостаси, и холодно произнесла:

— Нет, Хельм.

Ты меня просто разочаровываешь, — я стояла перед ним маленькая, слабая, беззащитная, но прямая как спица, с гордо поднятым подбородком, и вызовом в глазах.

Хельм отпрянул, на миг растеряв свою ленивую снисходительность. Взглянул на меня как-то…обиженно. Зло скрипнул зубами и отступил на два шага, а потом и вовсе умчался прочь, черным смерчем растворившись где-то на горизонте.

Глава 15

Моя внезапная отвага схлынула, будто ее никогда и не было.

Я сдулась. Хрипло выдохнула и упала на колени, потому что ноги отказывались держать.

Проклятье.

Хельм! Что же ты творишь?!

Хотелось орать и ругаться, но времени на пустое сотрясание воздуха не было. Я единственная среди всех была в рабочем состоянии, а значит настала моя очередь помогать и защищать.

Обернулась к джиннам, разбросанным на серой земле, и взгляд сам притянулся к кровавым ранам на животе Али. Я кое-как встала и подошла к нему, едва сдерживая вопли, рвущиеся из груди, из самого сердца. Вблизи все выглядело еще страшнее. Стянутый вниз пласт кожи, под ним открытые мышцы, кругом кровь. От этой картины меня замутило, но я опустилась рядом с ним на землю, стащила с плеч рюкзак и достала бинты.

— Али, миленький, потерпи. Пожалуйста, — умоляла его, хотя он меня не слышал, — сейчас я помогу.

Аккуратно, стараясь не навредить, я взялась дрожащими пальцами за край окровавленного лоскута кожи и стала прикладывать его обратно, пытаясь закрыть рану.

— Вот так, — просипела, едва справляясь с паникой, — потихоньку. Еще немного. Все. Почти как новенький.

Свернула его рубашку в несколько раз, приложила к животу и сверху перемотала бинтом.