— Все под богом ходим, Оль, — вздыхает тяжко и, покосившись на стоящего на крыльце Пастора, добавляет жестко. — Хотя нет, некоторые под чертом.

Глава 31

— Ант, сектанты с тобой перетереть хотят, — плюхается на переднее сиденье Ефим.

— Забей стрелку, — усмехаюсь недобро. — Сегодня я точно ни с кем разговаривать не намерен. И если до кого-то не доходит, то я сейчас объясню. Убита мать моего сына…

Завожусь с полтычка. Ясен пень, этим гопникам Оливия моя нужна. А мне нужно время, чтобы понять, как ее обезопасить.

— Федь, так я это… все понимаю, — заверяет меня мой главный безопасник. Юлит, скотина, заднюю включил и в прыжке переобулся.

— Андрюха, без обид, — обрываю пространные речи. — Давай, ты в другой тачке поедешь. У нас с Олей разговор серьезный, — накидываю пуха на вентилятор. И сам себе противоречу.

— Ну ладно, — насупленно тянет Ефимов. С явной неохотой выходит из мерса. Пересаживается к пацанам. А наша машина трогается и пристраивается сразу за катафалком."

"— О чем вы хотите поговорить? — поднимает на меня испуганный взгляд Оливия. Губы дрожат. На бледном лице красными пятнами алеет предательский румянец. И голосок тоненький и робкий. Так бы и обнял. Прижал бы к себе и не отпускал никуда.

— Да ни о чем, — негодующе морщу нос. — Не бери в голову. Ефимов задрал. Сейчас начнет рассусоливать. Не до него…

Объясняю, а сам не понимаю, что делать с руками? Обнять Олю, так вроде не тот повод. Накрыть ее ладошку своей? Тоже не к месту.

Дать еще воды, вытереть слезы? Так я нянька хреновая. Но и жалко девчонку. Не передать, как жалко. Лайма была для нее всем. Сестрой, подругой, единственным близким человеком. А теперь это моя обязанность. Присмотреть. Защитить. Поотбивать руки всякой мрази, что потянется к беззащитной. Сейчас полезут из всех щелей денисы эти и пасторы.

По любому Оливия — член моей семьи. И я за эту девочку несу ответственность.

«Так женись на ней, — подзуживает внутренний голос. — Дай ей свою фамилию. Ни одна собака не подойдет!»

Да это самый простой вариант, кто бы спорил. Вот только мне женщина нужна рядом. Нормальная баба, которую можно и в догги-стайл загнуть, и на колени поставить с открытым ртом.

А с Оливией так нельзя. Хорошая она девочка. Нежная. Такую на руках бы носить. Лелеять. Пылинки сдувать. А я все больше по телкам. Напоить, поржать, и в койку.

— Вы не знаете, кто их позвал? — тихо спрашивает меня Оливия. — Мы же с Лаймой специально поменяли имена и фамилии, чтобы они до нас не добрались.

— Точно не я, — усмехаюсь криво. — Жизнь — сложная штука, Олечка. Менты могли докопаться. На допрос вызвать. А там дело техники.

Или в окружении Лаймы завелся стукачок Пастора. Сейчас уже не разберешь. Да и толку искать барабанщика. Факт остается фактом.