А несколькими часами позже, когда все адепты покинули замок и зашагали к широкому лугу, на котором была установлена деревянная сцена, выставлены нехитрые декорации и столы с угощением, поняла — что-то не то.

Ощущения стали такими острыми, такими странными… Я снова заозиралась, выискивая в небе парящего ящера, но зря.

— Показалось, — пробормотала разочарованно.

— Бывает, — отозвалась уравновешенная Ри.

Там, на лугу, собралась вся приехавшая на переговоры элиты. Развлечений в академии считай не было, они не могли пропустить единственный бал.

Я увидела маму, герцога Мортингерского, господина главного прокурора, зеленеющего ректора… А вот Луи-Майрар, как и положено сверхважным персонам, опаздывал.

На сцену уже поднимался небольшой, состоящий из адептов, ансамбль…

И вот когда они уселись, когда взяли первый аккорд, а мы приблизились, всё и случилось.

Темнеющее, абсолютно чистое небо вдруг полыхнуло молнией, и на нас посыпался дождь из цветочных лепестков. Этот поток вдруг подхватил ветер, закружил, и повсюду начали зажигаться магические огоньки — мне эти светлячки были знакомы.

Народ ахнул. Маги — не такие желторотики, как мы, а настоящие, — принялись озираться.

Пространство тем временем преображалось. Скромные декорации в виде фанерных деревьев попадали. Три украшенные бумажными цветами арки, вспыхнули, обращаясь в пепел, а потом…

Умом я понимала, что это иллюзия, но выглядело всё предельно настоящим! Вокруг площадки начали возникать колонны и арочные своды, над головами появился сложный изломанный купол — ажурный, словно сплетённый из лозы.

Всё засияло золотистым светом, условный пол тоже преобразился. Трава вдруг стала зеленее, расстелилась мягким густым ковром.

Ещё миг, на колоннах и арках начали появляться цветы. Сначала тонкие ветки, следом листья и бутоны. Бутоны лопались один за другим, являя нашим изумлённым взглядам незнакомое цветочное великолепие.

Часть цветов собралась в гирлянды, теперь свисала с ажурного потолка.

— О Небо, что это? — воскликнул кто-то.

Все, включая музыкантов, совершенно растерялись.

Вдруг смычок в руке скрипача дрогнул, выскочил из пальцев и сам мазнул по струнам. Звук вышел неприятным, но тут скрипка тоже вырвалась, зависла в воздухе, и мелодия полилась сама собой.

Другие инструменты проявили аналогичное своеволие. Выскользнули из рук музыкантов и подхватили мелодию скрипки."

"Музыка была незнакомой, но очень красивой — такой, что хотелось погрузиться в неё и слушать, слушать, слушать. Я застыла как зачарованная, но тут…

— Смотрите, там драконы, — сказал кто-то.

— Где? — отозвался другой неизвестный.

— Да там!

Народ начал спешно выбегать из-под купола — я тоже поддалась этому порыву.

Все таращились в небо — и там было на что посмотреть.