Денег у меня было немного, но и расходов почти не возникало — я жила в пристройке при лавке, а Мод кормила меня так щедро, словно собиралась откармливать к зиме, выплёскивая всю ту заботу, которая не находила выхода до моего появления.

— Развлекайся и не возвращайся раньше полуночи! — пригрозила она кулаком. — А если хочешь — можешь вообще не ночевать здесь.

Хитрая какая.

— Вернусь сразу после первых звёзд, — пообещала я, зная, что не забудусь с Эйлундом. — А ты не работай допоздна. Есть новости о том важном господине?

— Да он ещё вчера вечером заглянул, купил тончайшей оленьей кожи на сапоги для своей жёнки. И столько вопросов задал про лавку! Сразу видно — товар ему важен.

Хозяйка выглядела весьма довольной — явно удалось продать кожу втридорога.

Ярмарка раскинулась у самого подножия холма. Вдоль главной улицы тянулись ряды с лентами, тканями, пряностями, игрушками и амулетами. В воздухе витали запахи жареного мяса, мёда и солёной карамели. Деревня, обычно казавшаяся тихой и безлюдной, ожила — со всех сторон раздавались смех, разговоры, звуки барабанов.

Я вышла пораньше, специально, потому что мне хотелось всё разглядеть до встречи с Эйлундом. Шла медленно, позволяя себе остановиться у каждого прилавка. Вот мальчишка вырезал из дерева лошадок, вот женщина продавала ленты, сверкавшие золотой нитью. Повсюду гудело, пахло горячей похлёбкой, дымом, солодом. Под ногами хрустела солома, а в воздухе стелились травяные ароматы. На одной из лавок стояли глиняные маски древних богов — грубые, с широкими ртами и прорезями для глаз. Я невольно провела пальцем по их шершавой поверхности, улыбаясь.

Сердце стучало громко, взволнованно — будто я что-то упускала, хотя я и не понимала, что именно.

— Ора! — услышала я знакомый голос Эйлунда — и, всё ещё улыбаясь, обернулась.

Он стоял рядом с одной из лавок, на выходе из оживлённой улочки, и прохожие изредка задевали его плечом. Я помахала ему рукой — и заметила что за его спиной шевельнулась огромная тёмная фигура.

Она принадлежала мужчине в плаще, возвышавшемуся над остальными почти на голову.

Увидев меня, незнакомец обошёл Эйлунда и встал прямо перед ним.

Сердце дрогнуло, когда я поняла, кто это.

А затем Иво снял с головы капюшон.

Не знаю что на меня нашло — от неожиданности я почти не соображала. А когда пришла в себя то поняла, что я убегаю.

Я неслась, не разбирая дороги, спотыкаясь о солому, задевая прохожих. В груди тяжело и глухо билось сердце, будто набат, в боку начало колоть — но я не останавливалась. Воздуха не хватало, и я порадовалась тому, что платье было всего лишь до колена.

Сбоку мелькнула тень — слишком быстрая, слишком знакомая. Я резко свернула, нырнув между рядами, проскочила мимо нескольких домиков и оказалась у самой опушки леса.