Устроюсь на работу, может, женюсь удачно, на москвичке, богатой, даже адресок есть одной такой…

– Вот и хорошо, – кивнул Сергей, – вы нас с Ниной не трогайте, а мы вас не побеспокоим. Пошли вам господь счастья с новой, богатой женой.

На том и порешили, уголовник раскланялся и ушел.

– Он точно много лет провел на зоне? – спросил Сережа у Нины.

– Да, – кивнула та.

– Совершенно не заметно! – восхитился Сергей. – Ведет себя как дипломат на приеме, говорит правильно, ну ни за что не подумаешь, что он бывший зэк.

– Актер, – фыркнула Нина, – лицедей! Мне от него талант достался. Большой умелец людей обманывать, просто в Голливуд пора. Ладно, хватит о нем, пошли.

– У меня еще встреча с Борей, – сказал Сергей, – у него проблемы, обсудить надо.

Нина ушла. Сергей заказал себе кофе, отхлебнул из чашки и увидел брата. Борис молча сел за столик.

– Где твой санитар? – поинтересовался Сергей.

– Сейчас придет.

– Здравствуйте, – раздалось за спиной режиссера.

– Садись, – буркнул Боря, – знакомься, мой брат.

– Мы знакомы, – ответил мужчина и показался на глаза преподавателю.

Сергей растерялся, потом воскликнул:

– Вы же отец Нины! Мы обо всем договорились! Отчего вы вернулись?

– Отец Нины? – эхом повторил Борис. – Ты путаешь, это Рагозин, бывший санитар.

В голове Сергея заклубился вихрь. Санитар Рагозин, его дочь – Нина Рагозина. Нет, такого просто не бывает.

Первым пришел в себя уголовник, он мило улыбнулся и сказал:

– Ну, насколько я понимаю, дело у нас теперь семейное, надо его решить полюбовно.

Сергей и Борис, оба бледные, молча переглянулись. Рагозин спокойно закурил и продолжал:

– Зла на вас никакого не держу, не за что. Сам дурак был, когда на такое дело согласился, думал, легко с рук сойдет, заработаю немного, а вот что получилось. Ну а в том, что потом по кривой дорожке пошел, тоже ничьей вины нет, ума у меня не хватило. К вам обратился лишь по одной причине: не желаю больше по зонам таскаться, поумнел. Хочу на работу устроиться, в Москве осесть, только без квартиры и прописки мне не удастся в люди выбиться. Василий обещал, если Борьку не выдам, большую сумму заплатить. Коли те деньги, что он посулил, в современные перевести, как раз на однушку и хватит.

– Мы не настолько богаты! – нервно воскликнул Борис.

– Ладно, – пошел на попятный Рагозин, – конечно, можете послать меня по известному адресу, но тогда уж не обижайтесь, я прямиком отправлюсь в милицию. Дела об убийстве срока давности не имеют. То-то весело будет.

Сергей и Борис снова переглянулись, они оба ничего не понимали в уголовном праве и не знали, правду ли сейчас говорит Рагозин о сроке давности. Но даже если уголовник врет, все равно выйдет никому не нужный скандал."

"Сергей тяжело завздыхал, Борис сидел тихо, бледный, еле живой.