У компьютерного гения и друга главного героя Геннадия все вроде в полном порядке. Совсем недавно, говорят, выбрался зачем-то в Третьяковку и там познакомился с очаровательной женщиной, историком по образованию. Абсолютно ни черта не понимающей в компьютерах. Согласитесь, это судьба.

Тезка главного героя, Анатолий, разочаровался, по слухам, в частном бизнесе, подключил кое-какие знакомства и триумфально возвратился на государственную службу. В настоящее время он ударно трудится в должности инспектора на таможенном посту Костровский. Недавно там свободные вакансии открылись, после того как начальник поста подполковник Андреевский стал полковником и ушел на повышение в ФТС, а его заместитель, что вздумал закрутить кино по собственному сценарию, попал под следствие.

А сам главный герой взял и укатил-таки на юга!

Эпилог

Сентябрь того же года. Черногория– Вы же вроде в Испанию собирались.

– Точно.

– А почему тогда оказались здесь?

– Ты понимаешь…"

"Компания соотечественников в соседнем дворике наконец угомонилась. Смолк на полувопле льющийся из колонок авто с отечественными номерами сочный до жирности, мужественный голос менестреля однополой любви. Перелетел через ограду и падающей звездой приземлился в кустах за дорогой выпущенный умелой рукой цивилизованного соотечественника окурок. Поддерживая под микитки утомившихся, разошлись по комнатам более стойкие борцы и бойчихи с зеленым змием. Стало тихо, и поздний вечер немедленно сделался томным, как белогвардейский романс.

Про… ли Расею как два пальца в песок.

Ах, родная отчизна, рази ж ты виновата,

Что пускаю я пулю в похудевший висок?..

Или что-то типа того. Мы с маэстро Химиком расположились в креслах на веранде и наслаждались такой приятной после жаркого дня прохладой, местным молодым белым вином со льдом и душевной беседой.

– Так почему все-таки не Испания?

– Видишь ли, – бывший наставник сделал небольшой глоток и поставил бокал на столик, – я ехал туда воссоединяться с семьей, но ее в адресе не оказалось.

– Это как?

– Так как-то, – вытянул он ноги. – В конце девяностых меня приняли по дороге в булочную, закрыли и принялись крутить на всю катушку. И я понял, что пришел северный зверек писец. Уж больно много им стало известно о делах моих скромных.

– Где-то засветились?

– Давай на «ты», а?

– Давай, – согласился я. – Так как?..

– Свои же и сдали, – усмехнулся тот. – Это к слову об уголовном братстве, воровской чести и прочей лабуде.

– Уверен?

– На сто десять процентов. Я потом уточнил, что к чему.

– И?

– Я, конечно, молчал как рыба сельдь под шубой, только толку-то. Следствие, как говорится, располагало.

– Чем?

– Да почти всем. – Химик потряс бокалом, слушая, как бьются льдинки о стекло.