Стремительно наступало то, что в романах красиво именуется моментом истины, а в просторечии называется северным пушным зверьком по имени…

– Да ни за что! – вдруг заорал Толя. Строго по науке, дабы сбить нападающего с ритма. – Охренеть!

И с этими словами выплеснул горячий кофе в физиономию переквалифицировавшегося в душегубы начальника Миши. И тут же от души добавил тому по башке кружкой. После чего толкнул временно утерявшего всякое сознание в сторону начавшего богатырский замах Витька.

«Охренеть», видимо, и было тем самым кодовым словом, услыхав которое Гена должен был… У того напрочь вылетело из головы, какого черта он там должен был сделать.

– Сзади! – заорал Толя и швырнул кружку в Витька, целясь в голову.

Гена обернулся и слегка окаменел от увиденного. Поправил левой рукой сползшие от всего этого экстрима очки, а правой принялся вслепую шарить по столу.

Витек перешагнул через упавшую у его ног тушку руководителя проекта, увернулся от летящей в голову кружки, сделал еще полшага вперед и… И тут ему в висок смачно врезался уголок ноутбука. Запасного. Вот и он хоть на что-то сгодился.

* * *Грохнулся, может, и на спину, а приземлился затылком об угол ступеньки. С деревянным каким-то треском.

– Эй, ты как? – я настолько обалдел, что принялся интересоваться состоянием здоровья того, кто только что пытался меня грохнуть.

А был он совсем никак, в смысле уже никакой. Прекратил, бедолага, дышать и двигаться. А еще пить, курить, играть в подвижные игры и пытаться отправить к праотцам с праматерями хороших ребят, честных воров типа меня. Я понял это, когда пощупал его затылок.

И так мне стало, знаете, грустно и мерзко, что… В общем, этой ночью я не только ограбил банк, но и как следует его заблевал.

* * *Ноутбук, пусть и трижды запасной, краш-тест выдержал, височная кость – увы, нет. Витек плавно и печально, словно осенний лист, спланировал на пол. Лег и затих.

Правда, Толя всего этого не видел. С криком: «Держи его!» бросился коршуном в сторону начавшего приходить в себя самого главного злодея и что было сил приложил того по морде. Взвизгнул, прижимая кулак к груди, от боли. Миша визжать или стонать не стал. Просто отключился. Толя навалился сверху и принялся вязать тому, как последнему бытовому хулигану, руки. Его же собственным ремнем.

Дисциплинированный Гена наклонился над пострадавшим от него персонально, внимательно вгляделся, поправил очки и снова уставился. Разглядел что-то и шагнул назад.

– Не тупи! – прокричал Толя. – Фиксируй гада!

Страстное мычание ответом ему было. Никого Гена держать или фиксировать не стал. Уже смысла не было. Достаточно было просто взглянуть на безжизненное тело с вытекающей толчками кровью из пробитого виска.