– А-у-у-ув! – взвываю и застываю, позволяя боли утихнуть.

Тут же сознание возвращает меня в реальность, и я вспоминаю, что я в квартире Шведа – мужчины, которого я пыталась ограбить, и который накормил и приютил меня.

Выдохнула, и ощутила облегчение.

Я в безопасности. И впервые я спала на невозможно мягкой кровати. Спала без задних ног, даже сновидений не было, хотя пережила до этого немало. И боль меня не тревожила. Хорошая у него аура, значит.

Протёрла кулачками сонные глаза и, стараясь сильно не дёргать ногами, выпуталась из одеяла.

Чувствовала себя хорошо, если не обращать внимания на боль и чувство голода.

Осмотрев гостевую комнату, снова вздохнула и закуталась в одеяло.

Мне нужна одежда. Хоть какая-то. Разгуливать перед взрослым мужчиной голышом не буду. Вчерашней обнажёнки хватило. До сих пор стыдно от воспоминания, что я лежала абсолютно голая перед Шведом и позволила ему видеть мой голый зад и не только.

Боже, надеюсь, он не подумает, что я пыталась заигрывать с ним? Будто захотела «поймать его на крючок»? Что всё подстроила? Или вообще подумает, что я позволю ему что-то…

Кусая губы, крепко удерживая толстое, но удивительно лёгкое одеяло, вышла из комнаты.

На цыпочках начала красться в сторону, откуда доносились бытовые звуки.

Кто-то хозяйничал на кухне.

Хотя, почему кто-то? Олег Викторович. Его же квартира.

Добрела до кухни и застыла истуканом.

Швед что-то готовил. Или подогревал вчерашние блюда из ресторана. Не знаю. Просто, он выглядел очень… В общем, очень круто.

Мужчина он большой, сильный и что греха таить, сексуальный.

Он был одет в футболку и джинсы. Босой. Ступни длинные, узкие. Хорошие ступни.

Руки – сильные. Канаты мышц очень сексуально перекатывались под кожей при каждом его движении.

Скорее всего, женщины не дают ему прохода. И скорее всего, женщин у него много. Так что вряд ли вчерашняя неловкость его завела и как-то заинтересовала. Я сейчас выгляжу как побитый и оголодавший котёнок. Никакой породы не видать. Ни шарма, ни сексуальности. Так что, беспокоиться не о чем.

– Доброе утро, – бормочу почему-то извиняющимся тоном, будто моё присутствие в этой прекрасной квартире неестественно и я как лишний элемент нарушаю идеальный интерьер.

Швед резко оборачивается.

Я, улыбнувшись, прохожу на кухонную зону и сглатываю от умопомрачительных запахов.

– Пахнет… вкусно… – добавляю с той же неловкостью.

Мне на самом деле не хочется выглядеть неловкой идиоткой в глазах мужчины, который спас меня от голода и холода, и чёрт знает, ещё какой дурной жизни.

Мне хочется выглядеть в его глазах взрослой женщиной, а не мелкой уродливой козявкой, попавшей в беду.

– Доброе утро, Яна, – приветствует он меня глубоким голосом.