Я цепляюсь в руль, утыкаюсь лбом в его холодную, гладкую поверхность. Дышу. Пытаюсь дышать."

"Дверь со стороны пассажира открывается, Лори легко усаживается на пассажирское сиденье.

Она не спрашивает, что случилось, хотя я почти уверена — что-то явно чувствует. Но деликатно не лезет с расспросами. Просто садится рядом, захлопывает дверь.

Я делаю глубокий вдох, пытаюсь успокоиться и только потом поднимаю голову. Смотрю на нее. В ее зеленых глазах — понимание. И ни капли осуждения.

— Тебе идет эта тачка, Крис, — продолжает она, ее голос звучит как-то по-особенному мягко. — Если Авдеев тебя в ней увидит — завтра у тебя будет такая же.

Я громко — слишком громко, потому что от нервов — смеюсь.

Кабриолет.

Розовый.

Ну-да, ну-да.

Я вспоминаю этот пункт плана первым в своем списке обязательных «дивидендов», которые Авдеев должен был выдать мне за все годы страдания. Как я буквально визуализировала момент, когда получаю свое, убираюсь к черту на рога, а потом просто звоню и вываливаю ему всю правду, наслаждаясь триумфом, пока он собирает по огрызкам свою драгоценную, благополучно мной обезображенную, репутацию.

Господи, а можно отмотать время назад?

Не хотеть дурацкие тачки, не хотеть отомстить, не возвращаться домой, не встречать его…

Быть счастливой дурой.

— Ты забыла, Барби.

Голос Вадима появляется в моем пространстве так неожиданно, что я резко дергаю головой и морщусь от хруста шейных позвонков. Он стоит рядом, загораживая солнце. Я прищуриваюсь, чтобы рассмотреть, но он просто присаживается, кладет руки на дверцу, протягивает знакомый мне бесконечный черный «пластик» и мой телефон.

— Мне не нужно… — говорю с противным шелестом в голосе.

Ты же меня не любишь, зачем мне все остальное? Чтобы… что?

— Вы же вроде на шопинг собрались. — Он как нарочно — еще больше смягчается в ответ на мое упрямство. — Я все еще жду, когда ты меня разоришь, коза.

— Я сдаюсь.

— А я — нет.

Он наклоняется в салон, бросает все это в лоток между сиденьями.

Потом — назад, но успевает мазнуть меня щетиной по щеке.

И я моментально таю.

Протягиваю руку, цепляюсь за его футболку на груди, тяну обратно.

Не целую даже — просто прижимаюсь губами к его губам.

Шумно дышу носом.

Сама не знаю, чего жду, но когда он отвечает мне несильным чмоком», понимаю, что ждала как раз этого.

— Будь осторожной за рулем, ладно? — пристегивает, как маленькую.

— Буду ползти как улитка, — обещаю.

Когда он возвращается в дом — я тупо пялюсь на его задницу, на секунду забыв о том, что рядом сидит Лори. Оглядываюсь, когда слышу ее несильное покашливание.