Вам надлежит немедленно представить его сиятельству князю Сумскому указание о его неполном служебном соответствии с обязательным занесением в формуляр. И вам, советую, впредь относиться к своим обязанностям с большей ответственностью. Доложите мне лично после исполнения. Надеюсь, напоминать о последствиях небрежности не требуется.

— Непременно, ваше высокопревосходительство! Разрешите быть свободным? — почти выдохнул Хвостов.

Бенкендорф лишь коротко и холодно кивнул в ответ.

* * *Полковник Барович приехал в военно-судебное установление и попросился на приём к Велибину. Пришлось ждать минут двадцать прежде чем его приняли.

— Полковник, у меня много работы. Я вас слушаю. — бросил глухо Велибин не прекращая писать.

— Ваше превосходительство, мне поручено передать вам крайнее неудовольствие его императорского величества с делом связанным с полковником графом Ивановым-Васильевым.

Велибин растерянно оторвался от бумаг и уставился на Баровича. — То есть как неудовольствие?

— Начертано собственной рукой государя на докладе его превосходительства генерал-адъютанта Бенкендорфа, моего начальника. Вам приказано изъять все оставшиеся документы по данному делу и сдать мне, в дальнейшем не упоминать о нём.

Лицо Велибина стало красным. — Получается, что существуют лица не подвластные законам империи, я правильно вас понял, полковник.

— Нет, не правильно, все подданные его величества находятся под юрисдикцией законов империи. В данном деле, в Главном военном суде, не нашли признаков преступления. Все обвинения, выдвинутые против графа, оказались не состоятельными, а некоторые подложными. Граф выполнял секретную миссию по поручению Императора, все его действия и поступки были связанны с ней.

— Но я не был поставлен в известность⁈ — Возмутился Велибин.

— А разве вы входите в круг лиц допущенных к секретным делам империи. И напомню, вам, на допросе граф был вынужден напрямую сказать, что он выполняет задание государственной важности. Несмотря на это вы вынудили его предъявить свой жетон, раскрывая его участие в секретной миссии. Возникает вопрос, почему такое пристрастное отношение к графу и снисходительное отношение к Анукину и Смолину. Их доказанные преступления нанесли Империи куда больше вреда.

— Да, но…– совсем смутился Велибин."

"— Павел Яковлевич, вы умный человек, неужели вы не могли усмотреть в том связь. Граф участвовал в оказании военной помощи Хайбуле, для которого скупал оружие и передал ему. В последствии Хайбула подписал мирный договор. Мало того, что вы огульно обвинили графа в государственной измене, вы унизили его арестом и содержанием в тюрьме, как уголовника.