Мышцы жгло, но я заставляла их работать, заставляла себя тащить Энтарию дальше, потому что я знала: в её бедах есть часть моей вины. Я должна была проследить, разобраться, позаботиться о ней. Я отвечала за её безопасность больше, чем любой закон, ИСБ, стража. И я просто не справилась с этим.

Не справилась.

Дедушка бы такого не допустил.

Во двор небольшого, почти белого замка Ларнов я прилетела на последнем издыхании. Чуть не упала вместе с Энтарией на узорный внутренний двор.

Переведя дыхание и с трудом втянув ноющие крылья, обняла её за плечи и повела к крыльцу.

Энтария содрогалась в беззвучных рыданиях.

– Твой дядя не станет главой рода, – пообещала я. – Никогда.

Она всхлипнула. Она хотела к сестре.

– Сирин сейчас в Столице, но скоро будет здесь, – пообещала я, ведя её в светлую комнату сестры. – Не бойся ничего, больше тебя никто не тронет.

Энтария боялась и хотела, чтобы я осталась, но хотела так же остаться одной. Её уже мучили кошмары наяву – воспоминания. И самое лучшее, что я могла сейчас сделать – коснуться её лба, посылая ментальный приказ пока ни о чём этом не думать, не винить себя, а успокоиться и думать, как жить дальше.

После чего прошептала:

– Спи.

Подействовал не только приказ голосом, но и ментальный посыл, Энтария обмякла в моих руках. Я уложила её на постель в цветочек, укутала одеялом. Синяки и порезы, подточенные регенерацией, уже растворялись на светлой нежной коже. Когда Энтария проснётся, даже без помощи целителей физических напоминаний о случившемся уже не будет.

Последний раз посмотрев на неё, такую маленькую, хрупкую и беззащитную драконессу, я закрыла дверь в спальню Сирин Ларн и отправилась искать Инхорра Ларна.

Он обедал и ничего ещё не знал. Те редкие слуги, что заметили моё появление с Энтарией, не захотели его предупреждать. Они знали, что он поступил подло.

Едва увидев меня, Инхорр Ларн всё понял. Он резко побледнел, поднимаясь с похожего на трон кресла главы рода.

Слуги поспешно разбежались, не желая попасться под горячую руку драконам.

Я медленно приближалась, его ментальный амулет отозвался на мой зов, открывая путь к его памяти."

"Это началось давно. Инхорр Ларн пристрастился к азартным играм.

Сначала проигрывал и выигрывал примерно поровну, но потом долг стал расти. Помня прошлые победы, порой всё же выигрывая, остановиться Инхорр уже не мог.

И когда долги стали слишком велики, его брат, глава рода Ларнов, отказался ему помогать, сославшись на то, что эти деньги нужны семье, а если Инхорр такой дурак, что спустил столько, пусть теперь ищет способы выкрутиться.

Но по-настоящему плохо стало, когда долговые расписки Инхорра выкупила семья Тейранов.