Игнатов его пропихнул Маркову, как будущий зять. Но фактических цифр не дал, потому что у него их нет. В общем, «Слайтон-строй» рискует не вытянуть самостоятельно именно эту часть, вот и подсовывает тому, кто точно сможет.

– И представляет это, как королевский подгон?

– Именно так.

Распрощавшись с Димкой, сбрасываю вызов и, не чувствуя ног, плюхаюсь на стул.

Теперь становится кристально ясно, почему бывший женишок так рвет и мечет. С такими вводными он точно ни перед чем не остановится и меня закопает, если понадобится, только бы заставить уговорить Арского разорвать старый договор и подписать новый.

И так же четко я понимаю, что Виктор Алексеевич, как грамотный и здравомыслящий специалист, на это не пойдет. Даже ради меня. Хотя я и сама этого не допущу. И просить ни о чем не буду.

Хватит.

Из-за прошлых махинаций он потерял сестру и зятя. А сейчас может лишиться бизнеса.

Нет уж.

Раз я – дура и нагрешила на уголовное дело, значит буду отвечать… мамочки, как просто рассуждать, обсасывая проблемы кого-то другого, но свои, да еще грозящие сроком... страшно до ужаса.

Кошмар.

Не зная, куда выплеснуть пессимистичные мысли и негатив, потираю озябшие плечи, достаю из стола старые уже не нужные договора и принимаюсь их методично уничтожать. Рву на мелкие кусочки и наполняю мусорную корзину.

Посуды нет, бить, к сожалению, нечего. А я бы с радостью грохнула. Желательно что-нибудь увесистое и хрупкое об одну сволочную блондинистую голову.

И вот чего не жду за своим важным занятием, так это незваных гостей.

Честно, была твердо уверена, что Игнатов останется пределом идиотизма этого дня, но нет. Сюрприз – сюрприз!

– Дверью ошиблись? – приподнимаю бровь, взирая на Маркову, по-хозяйски вплывающую в мою скромную обитель.

Ну как есть, черная лебл@дь с гордо вскинутой головой, хищным взглядом, королевской грацией и ярко-алой помадой на пухлых губах.

– Я никогда не ошибаюсь, – прищуривает брюнетка густо подведенные черным карандашом глаза. – Ни-ког-да.

Пи@дец, какая умница!

Хвалю ее мысленно.

– Чем обязана? – озвучиваю вслух.

Ну раз дама стоит, брезгливо разглядывает мои квадратные метры, но сбегать не торопится, и всё это притом, что ни-ког-да не ошибается, значит, ей явно что-то нужно?

– Вера Владимировна, – боже ж ты мой, мое имя еще никогда не произносили так, будто отплевываются от какой-то гадости. Даже обидно становится. – Скажу один раз. Моё трогать нельзя, иначе придется горько пожалеть. Надеюсь, посыл ясен?

– Конечно, Ольга Васильевна, я – девочка понятливая. Только вот для ясности: это Ваш жених меня не отпускает, а не наоборот.