Но Олия опять играючи, сама этого не заметив, спутала все его планы. А он ведь так рассчитывал, что они спокойно долетят до Орша, и там он сможет разобраться в своих чувствах и эти шерховы знаки обезвредит.

Тот поцелуй… Он и сам до конца не понимал, что им двигало. Так легко оправдать все проклятым узором на теле девушки, но в глубине себя он понимал, что это еще не все. Не все так просто. Его тянуло к Олии не только из-за знаков. Она зацепила что-то в нем, что-то очень важное, скрытое ото всех. И он не знал до чего бы они дошли в ту ночь, если бы она не оттолкнула его, опалив таким обжигающим страхом, что он сам ее отпустил.

Его накрыло эйфорией от своего открытия, когда он смог дотянуться до ее сердца в тот раз, но почти сразу окатило ледяной волной сомнений, едва он заметил, что знак на девушке немного пульсирует в такт ее пульсу. А не в нем ли причина ее притягательности для него? Зашевелились вполне обоснованные подозрения, и он решил отложить этот вопрос до Орша. Думал, что будет вести себя как обычно и расположит ее к себе, чтобы больше не погружаться в ее колкий страх, каждый раз, когда в ней просыпались затаенные инстинкты.

Его хватило до вечера. Эта провокаторша словно нарочно дразнила его. Зашла в душ и таким возбуждением окатила, что он сдержался буквально чудом, чтобы не затащить ее к себе в кабинку.

Шерх! Как же сложно и запутанно все! Она его доведет это точно! Вот и сейчас. Зачем она так прижимается? Он глотнул вязкую слюну и аккуратно выпутался из мягких женских конечностей, потому что в этот раз Олия решила опутать его еще и ногами.

Странно, но мысли отгородится, уйти ночевать опять в зал у него даже не возникло.

Он еще раз невесомо провел по волосам своей волнующей загадки. Никогда бы не подумал, что ему понравится так мучить себя. Хотелось одновременно и вернуть обратно желанное хрупкое тело в свои объятья, и сбежать куда-нибудь от этих сильных эмоций, чтобы не спровоцировать себя на новый срыв.

Олия. Необычное имя. Хмыкнул он про себя. И мягкое, певучее, и сила в нем чувствуется. Жаль он в тот раз так и не довел до конца свои исследования по триссам.

Олия завозилась во сне, нахмурила изящные брови, причмокнула губами и неосознанно потянулась к своей груди.

Он как завороженный следил за ее руками. Девушка сдавленно застонала и оголила плечо. Было очевидно, что знак причиняет ей дискомфорт. Она потерла края рисунка, который опять запульсировал и налился краснотой по краям.

Шерхова бездна! Его до зубовного скрежета выводила из себя эта ситуация и бесила собственная беспомощность. Вернее неспособность помочь этой девочке. Найти бы того урода, что это сделал и руки ему вырвать и голову оторвать для надежности! Олия опять жалобно застонала.