Пришедшая в голову идея показалась мне удачной, я быстро смотался на улицу, приобрел несколько кроваво-красных роз на длинных стеблях, вернулся назад, вновь беспрепятственно проник в прихожую и наткнулся там на женщину лет пятидесяти, одетую в черный брючный костюм.

Увидав меня, дама отчего-то зажала рот рукой.

– Добрый день, – вежливо сказал я.

Но незнакомка не ответила, она захохотала и ушла в комнату. Наверное, Анжела начала отмечать праздник с раннего утра, и сейчас гости достигли той стадии, за которой начинается бесконтрольное пение, а потом выяснение отношений: «Ты меня уважаешь?»

На смену пьяной тетке в коридор вышла девушка по виду чуть старше Лиховой.

– Вы кто? – сурово поинтересовалась она. – Чего с цветами приперлись? Вот уж глупость так глупость! Похороны завтра.

Я выронил букет.

– Похороны? Чьи?

В прихожую выскочила еще одна девица.

– Лена, – тихо сказала она, – Галине Петровне плохо.

Лена вздрогнула.

– Иду. Слышь, Светка, разберись с этим!

Светлана посмотрела в мою сторону.

– Здрассти.

– Добрый день, – пробормотал я.

– Ну уж и совсем не добрый.

– Простите, кажется, я не вовремя.

– Ага, – кивнула Света, – вы вообще кто?

– Знакомый Анжелы Лиховой, она дома?

– Нет, – замотала растрепанной головой Света и представилась: – Я ее сводная сестра, как и Лена. Моя мама вышла замуж за папу Анжелы, а отец Ленки женился на Галине Петровне, маме Лиховой. Надеюсь, я понятно объяснила?

– В принципе, да, – ответил я, – извините, я уже ухожу. Зайду к Анжеле через несколько дней.

Светлана повертела указательным пальцем у виска.

– Вы не врубились, да? Анжелка померла!

Глава 27

Я наступил на выпавшие из рук розы.

– Как умерла? Она же совсем молодая!

Светлана вытащила сигареты.

– Вы курите? Пойдемте со мной!

Мы переместились на лестницу, девушка затянулась и грустно сказала:

– Конечно, лет ей немного было, но все же достаточно, чтобы хоть изредка мозгами пользоваться. Отравилась она.

– Чем?

– Покупным салатом, – пояснила Светлана, – тут недалеко супермаркет есть, называется «Удачный вечер», вот там небось и приобрела дрянь с майонезом. Галине Петровне она позвонила вчера днем, в районе трех, еле-еле в трубку прошептала: «Мама, мне плохо…» Галина Петровна к ней сначала ехать не хотела, села телик смотреть, но потом отчего-то забеспокоилась и поехала, только Анжела уже без сознания валялась. Теперь вот Галина Петровна себя поедом ест, все кричит: «Надо было сразу нестись, может, и спасли бы». Только Анжелка сама виновата.

– В чем? – поинтересовался я.

Светлана тяжело вздохнула.

– О мертвых плохо не говорят, да об Анжелке хороших слов не найти. Она над родителями буквально издевалась, мстила им за то, что они разошлись.