Стволы их винтовок целились мне в грудь, голову и живот…

Глава 24

Они спустят курок молча и одновременно, понял по их глазам. Ириска в тихой панике молчала. С такого расстояния точно не промахнутся. Умирать не хотелось. За миг до грохота выстрелов стиснул зубы и зажмурил глаза.

Вот и все…

* * *Свинцовые жала, рассекая воздух, застыли, замедлили беспощадный бег. Демон, сидящий внутри меня злым бесом, выскользнул наружу.

Заливистый, раскатистый смех, похожий на гогот. Лица бойцов скрыты масками и защитными стрелковыми очками — они видели то же, что и я.

Успели испугаться, глянуть на ружья в руках — тлели надежды понять, что случилось.

Демон раззявил слюнявую, полную клыков пасть, заглатывая зависшие пули. Те гремели в его чреве рикошетом, унялись через пару мгновений. Винтовка одного из царенатцев ожила. Ей тесно в его руках, противны касания кожаных перчаток. Ударила его прикладом в зубы, вторым раскроила череп вместе с бронированным шлемом.

Спецназ готовили ко всему, но точно не к этому. Пристрелянное, привычное оружие не подчинялось, безразмерно росло, теряло облик.

Демон подхватил второго солдата, протащил за собой.

Когти легко вспороли панцирь брони, сквозь изодранную ткань проглядывались вшитые стальные пластины. Не спасут.

Демон недружелюбно скалился — вместо зубов торчали патроны. Зловеще блестела бронза гильз, свинец жаждал чужой плоти и крови.

Третий швырнул оплетающую его руки винтовку наземь — тщетно. Обратившись черной змеей, она клацнула затвором. Выстрел из змеиной пасти заставил несчастного протяжно взвизгнуть, споткнуться и рухнуть. Прямо под ноги демону.

Растянувшаяся до небывалых размеров пасть хрустнула на туловище несчастного.

Крик обратился в затухающий хрип…

* * *Меня толкали в плечо. Звали.

— Макс!

Голова готова лопнуть, что мыльный пузырь. Огнем пылало раненое плечо. Кровь на лице стекала по шее прямо под рубаху. Не моя. Не помнил, откуда знаю — просто знал.

— Макс! Слышишь меня? Приди в себя!

Настойчивый голос обрел тревожные плаксивые нотки. Образы перед закрытыми глазами не желали уходить. Пулезубый демон, винтовка-змея, ужас на лицах царенатских солдат. Липкий, гадкий кошмар.

— Боже! Если слышишь, сожми мою руку!

Я бы рад, но тело не слушалось.

Мне потерли лицо чем-то мягким и пахучим. Жидкая дрянь защипала на ссадинах. Поднесли мерзость к самому носу. Я дернулся, приходя в себя.

Нашатырь в руках Сейрас.

Эльфа поправила волосы, заложила за длинные уши. Белка, вне себя от счастья, прикрыла лицо руками. Позади них одиноко жались две сиротливые притихшие фигурки.

Кого-то не хватало. Начало казаться: знаю, что услышу. Пала в бою…

Старшенькая ковыляла из дальнего угла. Голова в бинтах, глаз перевязан. Уцелевший зло сверкал.