Или одной капсулы со слезоточивым газом…

– Погоди, Дим, – не оборачиваясь, осадил напарника Гуров. – Думаю, он и сам все прекрасно понимает. – После чего вновь обратился к незримому собеседнику: – Ты меня слышишь, Студень? Я знаю, что ты наверняка вооружен. Но на твоем месте я не стал бы оказывать сопротивления. Не усугубляй свое и без того незавидное положение. – Он помолчал пару секунд и продолжил: – Расклад простой, Студень. За торговлю наркотиками тебе «светит» не меньше десятки. Откроешь стрельбу – плюсанешь себе еще как минимум «пятерик». Приличный срок получается в итоге.

А если согласишься сотрудничать и поможешь нам в одном деле, в моих силах облегчить твою участь. Четыре года, максимум. Мне кажется, это существенно разные цифры. А ты как думаешь, Студень? Что у тебя в школе было по математике?

Ответом на тираду сыщика было гробовое молчание.

– Даю тебе две минуты на размышление, Студень, – поднимаясь на ноги, жестко проговорил Лев, давая понять, что позже никаких поблажек уже не будет. – Не больше. После этого, как и сказал мой напарник, мы вызываем бригаду. Ты нужен нам живым, Студень.

И живым мы тебя получим, можешь в этом не сомневаться. Итак, время пошло.

Поликарпов нервно переступил с ноги на ногу. Попытался поймать взгляд полковника, но тот на него не смотрел. Палец майора покоился на спусковом крючке, дуло нацелено на крышку люка. Гуров, напротив, выглядел расслабленным. Он был словно уверен в том, что наркодилер со стажем примет правильное решение. И не ошибся.

Студню понадобилось гораздо меньше двух минут. Уже секунд через тридцать крышка люка слегка приподнялась, и над поверхностью пола появилась продолговатая дынеобразная голова с всклокоченными каштановыми волосами.

Глубоко посаженные маленькие глазки-бусинки беспокойно бегали из стороны в сторону, перемещаясь с Гурова на Поликарпова и обратно. Страха в них не было. Скорее растерянность. И тщетная попытка понять, как выбраться из той непростой ситуации, в которую он сам же себя и загнал.

– Вылезай медленно, – приказал Поликарпов, прицелившись Студню в лоб. – Без лишних резких движений, и так, чтобы я видел твои руки. Оружие есть?

– Внизу. Я выбросил. Клянусь! Никакого сопротивления.

Я же себе не враг… Да?

– Сейчас узнаем. Вылезай!

– Да-да. Секунду…

Студень был пьян. Ему дважды пришлось отбрасывать крышку люка, прежде чем она позволила ему протиснуться целиком. Наконец он выбрался на поверхность, распластался на полу, поднялся на четвереньки и только из этого положения смог полностью принять вертикальное положение. Его слегка качнуло. Майор смерил дилера презрительным взглядом с головы до ног и только после этого опустил дуло пистолета.

– Я это… – Студень облизал губы.