Он, конечно, был прав, но это чудовище подарило ей три кружевных воротничка и заявило отцу, что Роуз нужна новая одежда. Заказывать ее было уже поздно, но мистер Фаунтин пообещал ученице купить платье в Венеции. Белла скрепя сердце согласилась, а Роуз не могла перестать об этом думать.

– Она не такая ужасная рядом с отцом, – успокаивающе заверила она Билла.

– Хм. – Он вышел, оставив Роуз с овечкой в руках провожать его печальным взглядом. Она с силой поставила статуэтку обратно на мраморную каминную полку. Раньше Билл таким не был! Он немного странно себя вел, когда впервые увидел, как девочка творит волшебство, но потом привык.

Он всегда был ее другом. Роуз взглянула на овечку полными слез глазами и с ужасом обнаружила, что у нее отвалился тоненький фарфоровый хвостик. Статуэтка смотрела на нее обиженно, а девочка-пастушка с другого конца полки – сердито. Иногда магия, которой был пропитан весь дом, делала обязанности служанки тяжелее, а не легче.

– Прости, – извинилась Роуз, пытаясь приставить хвостик на место дрожащими пальцами и с надеждой бормоча какие-то клейкие слова. Ничего не получалось.

Изабелла будет в бешенстве. Овечка смотрела на нее с упреком, а пастушка явно пододвинулась поближе, чтобы лучше видеть, что происходит.

– Вот сама и попробуй! – сердито прошипела Роуз, и фарфоровые юбки шевельнулись. Девочка посмотрела на овечку, сдвинув брови, и снова забормотала, на сей раз угрожающе: – Мятный соус! Смородиновое желе и жареная картошка! Быстрее!

Взметнулась фарфоровая шерсть – и отломанный хвост вдруг снова оказался на месте. Роуз поставила фигурку обратно на полку, на этот раз аккуратно, и скорчила рожу пастушке, которая презрительно задрала нос.

Ее руки и раньше были сложены на груди? Роуз не помнила и надеялась, что Белла тоже не вспомнит.

Скромный маленький саквояж Роуз был погребен под горой чемоданов, возвышавшейся на черно-белом полу парадной прихожей. Девочка видела лишь его краешек и держала руки за спиной, чтобы не поддаться искушению вытащить свой багаж. Ей не хотелось выпускать его из рук, эту частичку дома. Чтобы успокоить себя, она погладила свою фарфоровую куколку в кармане плаща, заметив, что одна щека куклы уже блестела больше, чем другая, оттого, что она постоянно проводила по ней пальцем.

Они едут, действительно едут! Роуз сама сбегала на почту с письмом мистера Фаунтина к лорду Линтону, британскому послу при дворе венецианского дожа, где объяснялось, что они прибудут так скоро, как позволит море. Таинственные заморские слова, из которых был составлен адрес, танцевали в ее голове. Фредди переписал их на несколько дюжин ярлыков для багажа, сетуя на запутанное правописание. Даже к ее маленькому саквояжу привязали такой ярлычок.