— Есть куда более продвинутые технологии, чем тут. Корпорация «Биомед» сделала лишь первые шаги в области низкотемпературного сна. А в других пространствах опыт крионики насчитывает полторы тысячи лет. Гарантий тебе никто не даст, но попытаться можно. В будущем, — уточнила Ида.

— Хорошо. Решили. Мобилизуй всех сервов, неподконтрольных тиому. А я попробую обеспечить нас транспортом. Если уйдем хотя бы на сотню километров к югу, то сможем безопасно связаться с Ханом и запросить эвакуацию.

Со стороны их разговор мог показаться сухим, лишенным человеческих эмоций, а слова и формулировки слишком уж точными, бездушными.

Непохоже на двух влюбленных, оказавшихся в сложной, почти безвыходной ситуации.

Игнат и Ида этого не замечали, дискомфорта или фальши не испытывали. Их страсть никуда не исчезла, но затаилась, словно пережидала силу неодолимых обстоятельств.

— Пойдешь в криогенные залы?

— Нет. Не хочу бередить обрывки воспоминаний. Займусь путями отхода, — ответил он. — Что с телом капитана?

— Сервы снова переместили его в криокамеру.

Он лишь сдержанно кивнул в ответ, подключаясь к кибернетической системе уровня.

…

На высоте завывал ледяной ветер, врывающийся через разбитые панорамные окна офисов.

Игнат мысленно скользил по сохранившимся фрагментам сети здания, пользуясь кабельными линиями, проложенными в толще стен еще при строительстве.

Кое-где ему попадались исправные комплексные датчики. Нейромхи их не захватили, — устройства долгое время были лишены питания и не проявляли активности.

Сейчас энергия к ним подавалась из сектора спецопераций. Для этого пришлось пожертвовать техническим механизмом, отправив его на восстановление участка коммуникаций.

"

"Двадцать третий этаж небоскреба отличался от остальных не только архитектурой, но и назначением. Здесь располагались личные посадочные площадки руководства корпорации «Нанотекс».

Игнат удивился обилию и разнообразию флайботов в «личных коллекциях». Зачем одному человеку столько машин, он не понимал, но недоумение проскользнуло и угасло. Внимание привлекли бронированные модели. Он тестировал «флаи», отправляя им дистанционные команды, взятые из баз данных заводов-изготовителей, но пока безуспешно. После тридцати лет простоя техника уже никуда не годилась.

Даже те машины, что откликнулись на код технического регламента, транслировали отчеты о множественных ошибках, но Игнат не сдавался. Путь по земле долог и опасен. Шансы выбраться с территории корпорации, когда здесь начнется схватка между конструктами и подконтрольными гибриду сервами, были невелики.

Вскоре на связь вышла Ида.

— У меня все. Данные скопированы, исходники уничтожены. Как успехи?

— Есть один вариант. Но без автоматизации. Только ручное управление.