— В следующий раз я дам тебе дымчатые очки, вот как у меня. Смотри, отличный пластик, а со стороны выглядит, как толстые линзы. Ну разве не остроумно?

— В них вы похожи на докторанта, сэр.

— Скажи уж — на ботаника…

— Ну что вы, сэр, это разные вещи.

— В чем же?

— Ну… — Торнтон вспомнил, с кем разговаривает, и смутился. — Одним словом, сэр, докторант уже чего-то добился, а ботанизм ботаника бессмыслен.

«Интересно, как эту фразу поняли остальные?» — подумал Камерон, поглядывая на лица охранников, но те были невозмутимы. Они вымеряли расстояние до ресторана и высчитывали время. Они были на работе.

— Подъезжаем, сэр! — сообщил водитель.

— Давай со стороны кухни, — распорядился Торнтон. — Нас там должен ожидать Филдс.

— Наш неподражаемый нетрезвый негодяй, — добавил Камерон, продолжая смотреть в окно.

«Вот идиот! А он-то думает, что этого никто не замечает! — подумал Торнтон. — Нужно ему сказать, что хозяин все знает».

87

Оставив Торнтона во дворе, Камерон прошел через кладовку, вышел на кухню и только затем появился в зале, где его дожидался Юргенсон.

— О, Тревис, ты уже здесь? — с наигранной радостью произнес он.

— Рад видеть тебя, Джон, — ответил Юргенсон. Они обменялись осторожным рукопожатием, глядя друг другу в глаза и каждый взвешивая противника."

"Камерон отметил, что Юргенсон выглядит не таким туповатым жлобом, каким смотрелся на фотографиях, а Юргенсон сделал вывод, что его неприятель не так уж самоуверен.

Было заметно, что он чуть-чуть вибрирует, но взгляд его был опасен — Юргенсон знавал таких людей. Лучший способ при общении с ними — смотреть сквозь них и отвечать не сразу, с паузами. Такие ловкачи любили жарить, пока масло горячее, а неторопливая беседа сбивала их с толку.

— Присаживайся, Джон, для тебя лучшее место, — сказал Юргенсон, указывая на кресло, в котором должен был сидеть в прошлый раз — во время покушения.

— О, благодарю тебя, — сказал Камерон, с готовностью занимая это место. — И как тебя тогда угораздило уцелеть?

— В сортир вышел, — пожав плечами, ответил Юргенсон, садясь с другой стороны стола.

— Вот видишь — спасся. А другой раз заходишь в сортир, а там под дужкой замковый взрыватель, представляешь?

— Жуткое дело, — покачал головой Юргенсон и придвинул к себе салат. — Ты не против, если я чего-нибудь съем?

— Нет, конечно, ешь. Я тоже возьму вот эти канапе.

Камерон не любил есть вне своего замка, но иногда делал исключение, когда в нем вдруг просыпалась тяга к какому-нибудь давно забытому вкусу фастфуда. Но сейчас есть совсем не хотелось, к тому же он понимал, что такую манеру переговоров ему навязывает Юргенсон.

— Ничего, хорошая канапушка.

— Здесь вообще неплохо готовят, когда не стреляют из гранатометов…

— Да, — улыбнулся Камерон.