У него были если не самые лучшие охранники, то одни из лучших.

— Конечно, он попытается, Рита, но я не думаю, что у него появится такая возможность. Максимум, что ему светит, — это подстрелить какого-то двойника.

— Мне неприятно чувствовать себя беззащитной, Курт. Мне надоело быть слабой.

— Ты не слабая, Рита. Благодаря таким, как ты, Камерон плохо спит, благодаря нашей работе его по ночам преследуют кошмары. Когда он получит пулю, для него все закончится, а вот ощущение неизбежности расплаты поджаривает его заживо, понимаешь?

— Я только сейчас начинаю это понимать… — произнесла Рита с задумчивым видом, закрывая кармашек для пистолетной обоймы. — Он ведь не дурак.

— Совсем не дурак.

— Он понимает, что рано или поздно где-то его прихватят…

— В том-то и дело.

— Если только к тому времени у него не закончатся враги.

— Ты наивна, Рита. Камерон так устроен, что враги у него никогда не кончатся.

86

Пока на крыше мастерской обсуждали Камерона, он сидел в потертом внедорожнике и смотрел в окно, вновь воспользовавшись театральным гримом и методом «ухода в народ».

При отсутствии предателей в самом ближнем кругу безопасности это был идеальный метод. Он позволял умчаться из города, «войти в народ» в каком-нибудь небольшом городишке, взять в прокате унылую телегу и на ней вернуться в Аль-Империал. Все. После этого ты простой гражданин, который не привлекает ничьего внимания. Хотя охранникам этот фокус давался трудно и они сидели, как на иголках, когда видели, что объект их охраны чуть ли не высовывается в окно и никем не прикрытый сидит возле дверцы, прострелить которую можно из обычного дробовика.

Зазвонил телефон. Это был Робин. Он находился уже где-то на шоссе и ждал развития событий.

— Как вы там устроились?

— Хорошо устроились, сэр. Мне удалось на неделю снять ферму для корпоративного пикника.

— Весьма остроумно.

— Спасибо, сэр. Теперь мы тут сидим по углам, а несколько человек на лужайке жарят мясо, отрабатывают легенду.

— Отлично, Робин. Я рад за вас, особенно за тех, кто жарит мясо. Мы выдвигаемся на встречу с нашим добрым другом, так что будьте начеку, возможно, он окажется не таким покладистым. Даже скорее всего. Этот парень не из тех, кто сдается даже подраненный, надо будет крепко удивить его.

— Если надо, удивим крепко, сэр.

Поговорив с Робином, Камерон посмотрел на часы. Пока они были в графике, и он надеялся, что Юргенсон не опоздает.

— Торнтон, что ты сидишь, как будто лом проглотил? — спросил Камерон.

— Сэр, я беспокоюсь о вашей безопасности…

— Нас никто не узнает, чего ты трясешься?

— Мы ничем не прикрыты!

— Как это ничем? Посмотри в зеркальце, какой у тебя чудесный нос. А эти брови? С этими бровями тебя не узнает никто, ведь своих у тебя практически нет.

— Да, сэр.