Ставит пакет возле дивана, на котором лежит стопка постельного белья и подушка.

– Ночью ребенок на тебе, – добавляю я, хотя мы уже обговаривали этот момент. – Документы ты все сделал? Завтра медсестра из поликлиники придет.

– Да, вот, в этой папке.

Он достает папку из пакета и протягивает мне. Возникает неловкая пауза, ребенок все еще у меня на руках. Руслан кладет документы на комод и забирает сына. Неловко переминается с ноги на ногу, словно не зная, что ему делать.

Вздыхаю.

– Положи его пока в кроватку, не будить же. Еда в холодильнике, а я пошла работать.

– Спасибо, Ксень, – летит мне в спину.

Замираю, сжав в пальцах ручку двери.

– Ксюша, – сухо поправляю, смотря пустым взглядом в коридор. – Я для тебя Ксюша.

Он не отвечает, а я не настаиваю. Молча ухожу в спальню, где оборудовано рабочее место: перетащила из зала стол и компьютер, вызвала электрика, чтобы он разместил на стене бра с разными режимами освещения.

Я работаю дизайнером интерьеров в одной крупной компании уже четыре года. Должность мне нравится, проектов много, да и заработок хороший. И проблем с уходом на дистанционку не возникло, правда, я не стала в офисе распространяться о причинах столь необходимой перемены.

Сажусь за компьютер и открываю рабочую программу. А через несколько минут понимаю, что прислушиваюсь к звукам за пределами спальни.

Вот скрипит дверца шкафа, видимо, Руслан раскладывает вещи. Вот открывается дверь ванной и шумит вода.

Щелкает чайник на кухне. Микроволновка издает писк, но тут же умолкает.

Закрываю глаза, стараясь настроиться на рабочий лад, но тревога, поселившаяся внутри, не позволяет расслабиться и собраться.

Некоторое время тупо переключаюсь между папками, сортирую образцы мебели, перетаскиваю из угла в угол диван на модели комнаты заказчика.

А потом тишину нарушает тихий плач ребенка, который с каждой секундой становится все громче.

Сцепив зубы, продолжаю заниматься своими делами. Сейчас моя помощь не нужна. Руслан дома. Руслан справится сам.

Но ребенок плачет все громче. Ветров что-то ему говорит, кажется, даже колыбельную напевать начинает. Не помогает.

Спустя двадцать минут я сдаюсь. Сворачиваю вкладку и иду в зал, входя без стука.

Ветров расхаживает по комнате с сыном на руках. Оборачивается на звук открываемой двери и смотрит на меня с каким-то загнанным отчаянием.

– Что ему нужно? – спрашивает он. – Подгузник поменял, переодел.

– А покормил?

– Разве пора? Врач говорила, что по времени нужно кормить…

Закатываю глаза и подхожу к машинке для детского питания. Вода уже подогрета, мне остается лишь отмерить нужное количество смеси и взболтать бутылочку.