С моими родителями у мужа более комфортные отношения, но до идеальной, большой и крепкой семьи мы так и не смогли вырасти.

– Угу. Может, сходить всем вместе в ресторан?

– Ну уж нет. На своей территории лучше. Дома и стены помогают.

– Так говорят больные.

– А я и есть больной. Я болен тобой.

– Фу, как пафосно, Кречетов!

Макс замолкает и смотрит мне в глаза. Долго. Кажется, решает что-то или обдумывает. Оторваться не может.

Его взгляд не наполнен дикой страстью, но там читается чистая любовь, которую я раньше не замечала. Или не хотела замечать.

– Спасибо тебе.

Мы оба понимаем, про что его “спасибо”.

Кречетов оставляет меня в полном недоумении, когда бросает одну в коридоре, а сам уходит в спальню.

В секунду становится не по себе, холодно и капельку обидно.

Макс возвращается, и я вижу перемены в нем. Взгляд меняется, стал более сосредоточенным. Там искры летают. И ему далеко не до шуток. Тело каменное, высеченное из скалы. И это чертовски сексуально, но опасно.

– Наверное, не место для этого, но пора уже всерьез обозначить мои желания, Ляль.

Замолкаю. Не дышу, не двигаюсь. Кажется, вся планета вмиг остановилась. Даже солнце прекратило пускать свои горячие лучи на Землю.

– Я не подарок, Оль. Далеко не подарок. У меня вредный характер, хоть я и бываю душечкой, – короткий нервный смешок, но он ни фига не расслабляет. Наоборот, сильнее сковывает, – у нас уже была попытка построить семью, но она провалилась. С таким треском, что… раны до сих пор чувствуются. Прости.

Сглатываю.

Макс открывается мне. Я чувствую его боль, переживания. Даже вижу, как он был без меня все это время.

И слезы со скоростью света подкатывают к горлу, оцепляют.

– В нашем разводе я виноват не меньше и вину с себя не складываю. Жаль, в какой-то момент мы стали ненавидеть друг друга, вместо того, чтобы любить. И…

Муж достает из-за спины коробочку. Самую простую, даже не бархатную. Именно в такой он и подарил мне первое кольцо.

Сердце заходится какими-то мощными разрядами в грудной клетке, и слова сказать не могу. Только перевожу взгляд с коробочки на Макса и обратно.

Накатывает прошлое с каждым морганием, и задыхаться начинаю.

Второе предложение я воспринимаю более эмоционально.

– Войдешь со мной в одну реку дважды? Говорят, это невозможно.

В коробочке такое же кольцо, которое Кречетов мне дарил. Один в один. За исключением того, что сейчас передо мной чистый бриллиант, а не крошечный фианит.

– А знаешь, как еще говорят? Что ничего невозможного нет, – пожимаю плечами.

– Это значит “да”?

– Подумать можно? – щеки болят от моей широкой улыбки.

– Один, два, три, четыре, пять… время вышло. Ты согласна!

Нагло решает за меня и надевает кольцо мне на безымянный палец.

Эпилог

Год спустя…

Оля.